Посол человеческий

С её век по напудренному лицу стекала тушь, а белёсые пряди уже потеряли прежнюю укладку.

– Это не моё, не моё! – вопила она скрипучим голосом. Под её ногами лежал серебристый клатч, отражающий своими блёстками свет дронов.

– Держи её крепче, – сказал полицейский своему напарнику. Тот в свою очередь схватил женщину за тонкие руки, да так сильно, что ещё немного и они надломятся. Несчастная оказывала самое минимальное сопротивление – всхлипывала и дрожала от страха, не зная, куда взглянуть.

В глазах обывателей поддержки ей точно не удалось бы сыскать. – Не моё, говорит. Сейчас посмотрим.

Ворчливый полицейский поднял сумочку и принялся заглядывать внутрь, но это ему быстро надоело и он попросту вытряхнул всё на брусчатку. Зеваки ахнули, когда среди прочего на землю выпала толстая бумажная пачка.

– Так-с, вот и паспорт, – намеренно громко заявил довольный собой патрульный, поднимая документ-карту. Он повернулся к женщине и схватил её за подбородок, сверяя лицо с фотографией.

– Это что, деньги? Деньги… – ужаснулись стоящие в первых рядах, боясь даже произносить само слово – деньги.

Патрульный вскоре разъяснил для собравшихся, в чём суд да дело. Паспорт, без сомнения, принадлежал этой хрупкой леди, как и вся сумочка с её содержимым. Конечно, особый интерес вызывала та самая пачка денег. Это были рубли. Если судить по толщине пачки, то весьма значительная сумма. Всем теперь хорошо известно, что рубли – это деньги прошлого.

Их хранение или передача – самое настоящее преступление, а все попытки сбыть старую валюту всё равно не обретут успеха. То есть носить с собой пачку рублей есть дело не только опасное, но и глупое.

Женщина завыла пуще прежнего:

– Не моё это, не моё, сказала! Муж подложил!

– Значит, с мужем тоже разберёмся, – ответил патрульный и дал приказ увести её.

На сцену вышли ещё двое представителей правопорядка и повели её прочь. Женщина ревела, валилась с ног и что-то кричала уже неразборчиво.

Но никто из окружающих, кажется, не проявлял никакого сожаления.

– Сынок, ты знаешь, что сейчас произошло? – спросил Архип, отходя от гудевшего сборища.

– Арест, – сказал Нестор, сомневаясь в своих словах.

– Это называется справедливость, – Архип помотал головой с неким огорчением. – Правда в том, что справедливо – это не всегда правильно.

Архип поторопил сына идти дальше.