Форпост в степи

Темы разговоров становились все слаще и упоительнее.

Барков быстро закрыл глаза и сразу же их раскрыл, чтобы наполнить зрение дымом прокуренного помещения, грязной серостью стен, накрывающих столы скатертей. Вот так! Теперь он здесь, и существует лишь то, что он видит.

О губернаторе он вспоминать не хотел. Уж лучше изрядно напиться. Водка, однако, уже кончилась. Урядник Прокоп Фролов потряс над стаканом опустевшей фляжкой и пьяно ухмыльнулся:

– Кажись, все до донышка дожрали, господа хорошие.

– Хозяин! А ну поди сюда! – Еремин попытался встать, чтобы придать своему приказу больший вес, но это ему не удалось.

Зато хозяин все понял: щелкнул пальцами, и услужливый официант спешно поднес требуемую бутылку водки.

– Разтудыт твою мать! – пьяно выругался Еремин, дождавшись, когда урядник отойдет, чтобы справить малую нужду. – Я хочу кое-что тебе сказать. Теперь, когда мы тут одни. Ведь я совсем не такой, как раньше, но когда пробудешь в этом захолустье подольше, сам поймешь. Если бы я имел связи в Петербурге, ноги бы моей здесь не было! Я тут усыхаю… А душе простор требуется!

Поручик еще что-то пробормотал себе под нос и пьяно ухмыльнулся:

– А ты чего сюда приперся? Что, некому было словечко замолвить?

Он покачал недоверчиво головой и закончил, не дожидаясь ответа на свои бессвязные вопросы:

– А теперь я хочу спать.

В это время у столика появился хозяин кабака с громилой огромного роста. Хозяин понимающе посмотрел на пьяного поручика и кивнул громиле:

– Пантелей, помоги его благородию!

Пантелей бережно взял Еремина на руки и осторожно, как засыпающего ребенка, понес его к выходу.

Скоро вернулся урядник Фролов. Он был уже до того пьян, что отсутствие поручика даже не заметил. Казак вылил в себя содержимое стакана и посмотрел на Баркова стеклянными глазами:

– А ты что? Ждешь отдельного приглашения? – И, взяв недопитый поручиком стакан, протянул капитану. – На-ка вот… хлопни за здравие…

Барков протянул ему корку хлеба.

– Ты меня знаешь?

Барков утвердительно кивнул, хотя сидевшего перед собой человека видел впервые в жизни.

– Фролов я, Прокоп Силантьевич, – двинул себя кулаком в грудь казак. – Бердинский урядник. Да меня все вокруг знают да почитают.

– Сколько тебе годков стукнуло, Прокоп Силантьевич? – спросил Барков, подливая в стакан урядника водку.