Чужая кровь

– Я сейчас скину вашу картинку куда надо, чтобы с вертолета не рассчитали, но вы не маячьте подолгу на открытом месте. Народ нервный. Машина, Яков, твоя? «Тойота»?

– Да, шеф.

Раздался тяжелый вздох.

– Почему штатную не взял?

– По городу мотались, чтобы внимание не привлекать, – попытался не то оправдаться, не то объяснить Яков. – Да и вещи у меня тут все походные собраны…

– Черный скотч есть? – спросил шеф.

– Есть серый, – с готовностью ответил Яков.

– Крест на крыше сделай, потолще, чтобы с воздуха хорошо было видно.

Ориентир кину на белый внедорожник с серым крестом на крыше. Доку «муху» нацепите тоже. Ума-то хватило лишнюю взять?

Теперь голубоглазый снова стал похож сам на себя. Насколько галантный для посторонних, настолько же едкий для подчиненных.

– Хватило, – сказал Сагитай.

– Ну у тебя-то всегда хватало, – в голосе послышалось облегчение. – Ладно. Вопросы?

Яков посмотрел на напарника.

– Нет вопросов, шеф, – ответил Сагитай.

– Если что увидите, сообщайте. Я всегда на связи. Если не я, то найдутся люди. Вы мои глаза и уши. Ясно выражаюсь?

– Так точно.

– Все. Отбой.

Планшет издал щелчок, и связь прекратилась. Яков достал из подлокотника с правой стороны широкий серый скотч и, кивнув Сагитаю, вылез наружу. Несколько минут ушло на наклеивание широкого креста на крышу, плотное придавливание его и похлопывание. Потом Сагитай достал из внутреннего кармана припрятанный артефакт «муха» и передал Якову, чтобы тот повесил его на Трофима.

Наконец они закончили и сели по местам, сосредоточенно думая.

– Если гнус навстречу, что делаем? – озвучил Яков общую мысль.

– Едем дальше, как ехали, – предложил Сагитай. – Надо карту посмотреть. Нам бы по объездным ехать, чтобы светиться меньше, с другой стороны… Тут уже как повезет.

Яков посмотрел на напарника, неопределенно угукнул, завел двигатель и тронулся. Заслышав шум двигателя, сзади зашелестел оберткой конфеты Трофим.

Он неловко, но старательно зафиксировал фантик с одной стороны конфеты между большим пальцем правой руки и статуэткой, а левой неуверенно, словно вспоминая что-то, тянул за другой конец фантика, отчего конфета медленно разворачивалась.

– О, смотри, он уже сам разворачивает! – удивленно воскликнул Сагитай.

– Моя работа, – довольно прокомментировал Яков. – Скоро говорить начнет!

– Что он в эту химеру вцепился-то? – заинтересовался Сагитай.