На пороге великой смуты

 – Может, цепи на руки и…

– Тебе предлагаю я любовь свою, – перебив его, взволнованно заговорила Амина. – Я богата. Я очень богата, молода и красива! У Ании и гроша ломаного за душой нет. Ты думаешь, для чего привёз её в Оренбург отец? Чтобы выгодно пристроить замуж. Пусть за захудалого родом, но богатого дворянчика! Но в планы хана не входило видеть дочь женою нищего казака!

– А вам, выходит, всё едино, с кем под венец идтить? – ухмыльнулся Архип.

– Если бы мне было всё равно, – сухо заговорила Амина, – я бы давно уже была замужем!

– Выходит, вы меня ожидали? – уколол её самолюбие едким вопросом казак.

– Наверное, да, – обреченно ответила Амина. – Пойми, что у меня нет таких родителей, как у Ании, и мне не перед кем держать отчёт о своих поступках. Но я очень богата. У меня столько золота, что я могу купить два таких города, как Оренбург!

– А меня сделать губернатором?

Блестящие, тёмные, теперь казавшиеся совсем чёрными глаза Амины гневно сверкнули, она была прекрасна.

– Я не думала, что ты такой… непробиваемый, Архипушка! Мне искренне жаль тебя, мушка, запутавшаяся в жизненной паутине. Ступай отдыхать. Завтра придётся много работать.

Архип посмотрел на неё полным сожаления взглядом.

– Уходи скорее, – воскликнула подавленно Амина, – а то я готова поколотить тебя!

Казаку захотелось прямо и резко ответить женщине, но он раздумал. Да и как он мог грубить приютившей их хозяйке умёта? Он взялся за ручку двери, но, не открыв её, замер, услышав слова Амины:

– Прости меня за резкость, Архип, но сейчас ты разозлил меня.

Страшно разозлил!

Архип промолчал: от природы он был находчив, но сейчас не мог дать достойного ответа.

– Иди же, не стой каланчой! – строго приказала Амина.

Он облегчённо вздохнул, пожал плечами и, не оборачиваясь, вышел.

Глава 11

Каждый день рано утром Абдулла открывал свою лавку на Меновом дворе и торговал в ней дотемна. Вечером он подсчитывал прибыль и складывал деньги в кубышку.

Торговал Абдулла разным товаром, в основном привозимом караванами из Хивы. Ткани, пряности, сухофрукты, платки, браслеты из серебра и меди – всё расходилось хорошо. Вскоре накопилась значительная сумма денег, и Абдулла с сожалением подумал, сколько он потерял, не открыв лавки несколько лет назад.

Однако же его мало волновали доходы от лавки. Его заботил совсем другой вид торговли, которая приносила баснословные барыши.