Увидимся в следующем времени

Конечно, как можно в десятилетнем возрасте смотреть шестичасовую костюмированную драму, когда на экранах вот-вот появились “Смешарики”?” – иронично спрашивал себя он. “Но недавно, пересмотрев этот фильм в более осознанном возрасте, я понял, что он не настолько скучный, каким он мне запомнился в детстве. Просто, возраст был не тот. Конечно, я предполагаю, что реальность была не настолько вылизанная, как в фильме или романе самого Толстого. А потому, будет интересно посмотреть, как жили наши предки во времена Наполеоновских войн.

Конечно, не во время войны. А например…, если война закончилась в декабре 12ого, то пускай будет декабрь 13ого.” – сказал Павел, установив дату на панели.

“Ну и раз уже тема зашла про настолько отличающиеся временные периоды…, отправлюсь пожалуй, в 990ый год. Посмотрю, как жили далёкие предки ещё в Киевской Руси и действительно ли они сражались против гигантских ящеров?” – с ухмылкой произнёс Павел, установив все необходимые даты.

“Ну, Поехали!” – после слов которых, Павел нажал на кнопку “Пуск” и вошёл внутрь, приготовившись к отправлению.

“Окей, 60 секунд, и я отправлюсь ко времени назначения. Всё нормально” – сказал немного напряжённо Павел, закрыв очи. “Можно даже не бояться и открыть глаза” – подумал он, затем так и сделав.

Но после их открытия, ему на глаза попалась странная картина. В окошке машины, войдя в лабораторию через заднюю дверь, он увидел человека, в абсолютно чёрной одежде, сапогах и перчатках, и даже маской, полностью закрывавшее лицо кроме прореза для глаз.

Пока у него в руке был явно тяжёлый металлический лом.

“Что это такое?” – в недоумении спросил себя он.

Тот человек, по началу озадачил Павла. Подойдя к нему, он пристально глядел на него, не издавая ни единого звука в то время, как Павел настойчиво спрашивал:

“Кто ты?! Что ты здесь делаешь?!”

Но ему было всё равно. Лишь ехидно улыбнувшись, он бросил на Павла свой пристальный доминантный взгляд, после чего, сделал самое страшное.

Со всего размаха, со всей силы, максимально напыщенно, наигранно, театрально, он берёт, и своим тяжелейшим ломом бьёт прямо по панели машины.

“НЕТ! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?!” – яростно, истошно спрашивал его он.

Но он его не слушал. Лишь с ещё большей силой, с ещё большим размахом, он вновь бьёт своим ломом уже по другой части пульта управления, пока машина старалась продолжать свою работу.