Путь Депурая

На коротком совещании, посвященном вопросу очистки офиса от скопившихся завалов, Элеонора Антоновна, побоявшись, что кто-то может заметить подушки в мусорном контейнере, распорядилась выносить их по частям. Ответственность возложили на провинившегося Борю Факсмана.

С тех пор практически каждый вечер Борис допоздна потрошил и расфасовывал по пакетам все, что скапливалось за день, а с наступлением темноты разносил небольшими партиями по расположенным в округе помойкам. Первое время его это угнетало, но, немного поупражнявшись, Факсман полностью отдался увлекательному процессу.

Иногда Борис подолгу рисовал на ткани лики своих врагов, после чего со сладострастной улыбкой на потном лице выдвигал лезвие канцелярского ножа и начинал яростно полосовать несчастную подушку.

Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, Факсман тихонько закрыл дверь офиса и, подхватив пакеты, отправился по уже привычному ночному маршруту. Выкинув первый мешок в ближайшей подворотне, Борис перешел подсвеченную редкими фонарями улицу и, миновав несколько спящих кварталов, неспешно добрел до выходящего на перекресток сквера

Неожиданное чувство, будто за ним пристально наблюдают, заставило похолодевшего Факсмана остановиться.

На открытой площадке сквера кто-то был. По спине Бориса пробежали мурашки. Не отводя взгляда от едва различимой фигуры, Факсман тихонько вышел за пределы подсвеченного фонарем участка. Теперь немного привыкшие к темноте глаза начали различать первые смутные очертания.

«Да это же наша бабочка!» – с облегчением сообразил Факсман и вернулся на дорогу.

Неожиданный, разорвавший ночную тишину скрип буквально пригвоздил ноги Бориса к асфальту. Испуганно щурясь, Факсман попытался разглядеть в царившей тьме неподвижный силуэт. Ему показалось, что фигура бабочки немного развернулась.

«Да не может этого быть!» – попытался успокоить себя Факсман и, убедившись, что, кроме травяной фигуры, на площадке никого нет, Борис заставил себя отвернуться и сделать шаг.

Скрип повторился.

Объятый ужасом, Факсман замер и выпучил в темноту глаза.

Тень не двигалась.

Борис тревожно ждал и, удостоверившись в том, что на площадке ничего не происходит, попробовал медленно попятиться.

Скрытая во мраке ночи бабочка не двигалась.

«Фантазер!» – выругался он про себя и отвернулся.

Резкий, усиленный эхом щелчок заставил пальцы Бориса разжаться. Выронив прямо на тротуар пакеты, он впервые за много лет побежал.

Глава 2.