Право последней охоты

– Ах, вон оно что! – воскликнул Серго, – но позвольте, она же не жизнеописания нам писала. Она никогда не упоминала реальных имен, никогда не выдавала свои очерки за документальные. В чем проблема?

– Ну не люблю я ее и все тут! – Иган тряхнул головой, – чего ты с ней ко мне пристал?

– Ее каталог на сегодня – самый полный и наиболее достоверный источник сведений об иноземной фауне. С этим-то ты хоть согласен?

– На безрыбье и рак – рыба.

– Сойдет за утвердительный ответ, – Серго удовлетворенно кивнул, – в шестом томе она подробно описывает обитающего на Пракусе гигантского ящера – Эрамонта.

– Если ты помнишь, этот том посвящен животным, в отношении которых Исива так и не сумела найти достоверных подтверждений и фактов. Эрамонта никто никогда не видел. Он – миф! – Иган вдруг усмехнулся, – и этот сказочно-легендарный монстр ей почему-то так приглянулся, что она даже вставила в его название собственное имя! Вот уж у кого проблемы с тщеславием!

– У меня нет ни малейших сомнений в том, что Эрамонт реален!

– Пф-ф-ф! Ты хочешь сказать, что где-то и в самом деле бродит зверь, которого можно увидеть только в свете вспышки молнии?

– Мистическую мишуру давай отбросим…

– Зверь, обитающий одновременно как в мире живых, так и в мире мертвых, и которого посему невозможно убить?

– Ну-у…

– Тот, кто питается душами своих поверженных противников?

– В общем и в целом, да.

– Знаешь, Серго, ты и впрямь здорово постарел, – Иган сокрушенно покачал головой, – у Исивы столь буйная фантазия, что ей хоть иногда следовало бы принимать успокоительные пилюли. Но ты! С тобой-то что случилось? Седина в бороду – кокс в ноздрю?

– В чем проблема?

– Еще раз с самого начала: Эрамонт – миф, легенда, коих вокруг вьется бесчисленное множество. Мог бы выбрать, по крайней мере, какую-нибудь посимпатичнее.

– Тебе, Иган, не впервой материализовывать легенду, ты на этом деле собаку съел. Помнишь, один умник из Университета Голдштейна даже защитил диссертацию, в которой с формулами и диаграммами убедительно обосновывал принципиальную невозможность существования Урагонского скорпиона.