Созвездие. Серые кардиналы

Если я сейчас встану, то моя страна лишится всех привилегий, которых я так долго добивался.

– Что, если я вам сделаю предложение, от которого вы не сможете отказаться?

– Судя по вашему тону, я должен буду вступить в конфронтацию с соседями и Сарбией? Нет, я не готов пойти на это.

– Подождите, прошу вас, – король почувствовал, как его план сыпется, как карточный домик на ветру, – вы же сами говорили мне, что вас очень интересуют торговые связи с Керцией…

– Но не в ущерб отношениям с соседями.

– Вы даже не выслушали меня! – возмутился король.

– Давайте посмотрим выступление, от которого мы столь невежливо отвлеклись. А к нашему разговору вернемся после Игр Земли Куш.

Глава 12

Порт Нори, Вернийская империя

9 день Красного Лета

Долгие семь дней плавания Труа в скуке мотался по кораблю, пока его друга тошнило в каюте. А тот парень с палубы, с которым он познакомился в первые дни плавания, Лкам Уонса, точно испарился. Остальные пассажиры были не очень разговорчивы, и все попытки Феро завязать с ними разговор оказывались тщетны.

– Неужели приплыли? – сине-зеленое лицо Моты показалось в дверях каюты Феро.

Труа был рад увидеть Кушту, но в то же время ему было грустно смотреть на друга, измученного долгим морским путешествием.

– Не совсем, но стоянка будет долгая – целых пять часов! – приободрил Феро товарища.

– Тогда прочь с корабля. Я хочу почувствовать под ногами твердую землю.

Сходя по деревянному трапу, Труа придержал Моту под руку – у того все еще кружилась голова.

– Что бы я еще раз куда-нибудь поплыл? Да никогда! – выругался парень, предчувствуя накатывающиеся рвотные позывы. Сдержав их, он с трудом поднял глаза, чтобы осмотреться вокруг:

– Я вижу букмекерский ларек.

Вернийский порт разительно отличался от тех, что друзьям приходилось видеть до этого. У самого причала стояли сколоченные на скорую руку деревянные ларьки, а за ними плотным рядом высились двухэтажные дома из красно-коричневого камня с толстыми стенами, казавшиеся неприступной крепостью. Что и говорить, в Вернийской империи даже воздух казался тяжелым, заряженным дать отпор.