Секреты фарфоровой куклы

Из-за слишком большой знатности, у нее и слишком длинное имя, я точно не знаю какое. Во всяком случае, ее официальное имя леди Эллен Эдуарда Перси, ну а неофициально ее частенько называют герцогиней Нортумберленд-младшей, из-за известно трепетного отношения к ней отца. А блондинка – ее компаньонка, воспитанница герцога, дочь какого-то умершего нищего лорда. Ее зовут леди Долорес Флеминг.

– Я не видел их раньше в этом парке, – заметил Лансдорф.

– Да, они бывают здесь крайне редко, – согласился Гарсиа. – Рассказывают, что недавно, в честь шестнадцатилетия дочери герцог закатил та-акой праздник! – он округлил глаза как бы в знак чего-то необыкновенно великого.

 – Сам король был во главе праздничного стола. Леди Перси, несомненно, самая богатая и знатная невеста во всей Англии! А может и не только Англии, ведь ее родная сестра – французская принцесса, а дядя – испанский принц.

Количество претендентов на ее руку как у нас, так и за пределами страны огромно!

– И это один из них? – спросил Лансдорф, увидев как леди Перси, не пожелав сесть в фаэтон с остальными, прыгнула на лошадь к всаднику, оказавшемуся при ближайшем рассмотрении миловидным господином лет около тридцати.

– Да нет же, – удивленно ответил Гарсиа, – это ее брат, граф Перси. Неужели ты не заметил герб на карете и не знаешь в лицо графа?

Их род один из самых древних в Англии. Поговаривают, что герцогиня Нортумберленд смертельно больна, поэтому они редко выезжают.

– Граф Перси – сын герцога Нортумберленда?! – изумился Дерек.

 – Но как такое возможно? Конечно же, я наслышан об этом семействе, но думал, что граф Перси брат Нортумберленда. И сколько тогда лет герцогу? Каким образом сын может быть в одних летах с отцом?!

– Лучше об этом ничего не спрашивай, – ответил Гарсиа, набожно перекрестившись.

В памяти Лансдорфа вдруг всплыл его первый выход в свет: они с отцом у королевского дворца и юный тогда граф Перси с «куклой» на руках. Вспомнив, что сказал при этом отец, он с ужасом содрогнулся и подумал: «но этого не может быть!».

Вечером, после ужина, Фредерик спросил у сына:

– Ты сегодня задумчивый какой-то. Есть причина?

– Да нет, просто, наверно, переутомился.

– Так ложись спать, отдохни.

Уложив Клауса, Дерек лег в постель. Ему не спалось. Перед его глазами неотступно стоял образ прекрасной девушки с кукольным личиком и длинными развевающимися волосами. Она кружилась в такт накануне написанной им сонаты.