Золотая карта

Что может быть проще!

* * *

На исходе третьего дня любовных утех Арсанов решил сходить в контору и заодно проверить свое жилище. Как бы там ни сложилось у него с Наташей, комнату надо придержать, всякое в жизни бывает.

– Наташа! Куда ты мой бушлат закинула? Прохладно сегодня на улице, – сказал он, разбирая вещи на вешалке. – Пройдусь я немного.

– Ты собрался в контору? – отозвалась она. – Обратно пойдешь – захвати молока и хлеба, а бушлат твой я повесила в шифоньер.

– Да, и схожу в общагу, посмотрю, как там моя конура, заодно и ребят проведаю, – буркнул Дима и стал надевать бушлат.

На улице в самом деле стояла прохладная погода. Арсанов к начальнику заходить не стал и быстро управился с делами в «конторе». При входе в свою комнату зацепился бушлатом за дверь, отчего подкладка бушлата хрустнула, и из нее выпал аккуратно сложенный лист бумаги. Развернув лист и изучив содержимое, Арсанов сел на кровать и, бледнея, ударил ладонью себя по лбу.

Это была карта.

«Почерк не Стрельцова, – подумал он, – его бы почерк я узнал. А чей же?»

– Мразь! Ох, падла, мразь! – вскрикнул он, соскакивая с кровати. – Не зря я опасался этого Татаринцева. Почерк на карте его! Значит, втихую вел свои записи. Да и смерть Стрельца, как называли его за спиной, неправдоподобна, пусть менты заново все обшарят, может, эта карта прольет свет на все.

Он опять задумался: «Как же карта оказалась зашитой в моем бушлате? Значит, Татаринцев подстраховался на случай, если менты начнут его шмонать, у него ничего не окажется, а нас бы трогать они не стали.

В дверь постучали и, не дождавшись ответа, открыли. В дверном проеме стоял Татаринцев.

– Здорово, Димон, ты где это пропадаешь? С утра ищу тебя, – и, увидев в руках у Арсанова карту, прищурился.

– Вот искал твою карту в бушлате и, видишь, нашел. Гляжу, аккуратно чертишь? – держа в руках карту, отозвался Арсанов. – Схожу, отдам Кудашову, может пригодиться, как думаешь?

– Карту нашел! Это хорошо! Весь бушлат изрезал! Оказывается, я случайно ее в твой зашил. Вот ведь голова садовая, – крутя пальцем у виска, ответил Татаринцев. – А карту отдай, ни к чему она тебе, все равно не разберешься.