Росток на руинах. Социальный омегаверс

Может, ему повезёт не свернуть шею? Он живучий.

Я уже шагнул к тамбуру, когда заметил за окном взметённую столбом пыль. За полосой деревьев по просёлочной дороге мчался «Раск», обгоняя поезд. Гай хотел удостовериться, что я не выпрыгну. Смог бы он добить меня, расквашенного о камни?

Я прицелился: попаду в него отсюда, есть шанс. Хотя поезд и шатает, а «Раск» то и дело ныряет за ветки. Но чёрное пятно головы на мушке. Предатель!

Автомат затрещал, очередь взбила листья. Гай пригнулся в машине и добавил скорости, пыльное облако скрыло его.

Кхарнэ. На том свете отыщу тварину.

Прыжок через дым – я ворвался в аптечный вагон, хватая в зубы светоуказку. Выстроил ряд коробок и осторожно уложил на них омегу.

Тар истерично заскулил, учуяв пламя за дверью, вжался в стену. Прости, брат, подставил я тебя.

Карвел видел его на крыше поезда и до конца своих дней будет помнить об этом. В нашей битве за омег Тар вообще не участвовал, но вот – попал под раздачу… И ты, Лиенна, прости меня. Особенно ты.

Кулак обрушился на красно-синюю шапку, завывания смолкли. Нокаут с одного удара, он-то меня и сгубил. А как ещё Тара в огонь вытащить? Я поднял обмякшее тело – здоровый кабан – и поспешил к выходу. Санеб уже, наверно, из окна видать.

Сплошной белой полосой мелькала щебёнка между шпалами. Острая, я помнил. Надо бросать Тара подальше, туда, где зелёным забором топорщатся кусты. Пришёл бы сейчас в себя – сам бы от огня выпрыгнул.

Локомотив пронзительно загудел, вагон резко дёрнуло. Я свалился набок, в коптящую кучу дряни; мокрый от пота Тар придавил сверху.

Завизжали рельсы, и в окне я стал различать отдельные столбы с проводами.

Быть не может! Мы тормозили! О, великий Отец-Альфа, да я везунчик!

Колёса стучали всё реже. Я отпихнул Тара, высунулся в окно. Впереди, в голове поезда, заклацали выстрелы, там что-то чадило чёрным. Уже различались отдельные куски щебёнки внизу. Всё, валить надо отсюда.

Я выпихнул Тара из окна. Тело перекатилось по насыпи и замерло. Не пойдёт.

Пришлось выскочить следом – поезд еле полз – и оттащить Тара подальше в кусты. Из передних вагонов сыпали коммуны в синих формах, бежали к локомотиву. Там тарахтели автоматы. Один взгляд на дым из моего окна, и они попрут сюда. Что происходит-то?

Да пофиг.

Я метнулся обратно в горящий вагон, стягивая на бегу куртку. Жар обжёг кожу через майку – что ж я, долбодятел, раньше не подумал, как тут горячо? Омега так и лежала на коробках среди аптечной вони.