Шелест. Том 2

Надеюсь, не слишком тебя заболтала, – Пэнни развернулась на полдороге к машине.

– Как-то становится не по себе, зная, что ты остаешься здесь совсем одна. Может, поедешь со мной, и я познакомлю тебя со своими детьми. Уверена, вы поладите.

– Я не остаюсь одна, миссис Пэнни. К тому же каждый вечер ужинаю с сэром Хеслером, который не дает мне заскучать.

– С мистером Хеслером? – Воскликнула женщина и подозрительно покосилась в сторону маяка.

– Ну вот, опять ваше предубеждение, – вздохнула Вайлет.

– Х… хорошо, не буду отвлекать. До встречи.

Через некоторое время девушка услышала звук отъезжающего автомобиля. Ворона недовольно каркнула и, распушив перья, удобнее устроилась на теплом камне, пристально разглядывая Вайлет, которая тут же погрузилась в виртуальный мир, быстро застучав по клавиатуре.

Каждый день проходил по определенной схеме: Вайлет просыпалась с первыми лучами солнца, наскоро перекусывала и хватала компьютер, в надежде обнаружить в нем сообщения от Маркуса или наткнуться на информацию об Игриде.

Затем разговаривала с Луисом, который сообщал очередные новости. Через день приезжала Пэнни: охала по поводу ее бледного вида и худобы. Готовила на целый отряд голодных скаутов, и уезжала недовольная, ведь Вайлет почти не прикасалась к угощениям.

С наступлением вечера Вайлет, сложив в корзину стряпню чрезмерно заботливой Пэнни, отправлялась к маяку, где засиживалась с Хеслером до темноты. Одно его присутствие успокаивало.

Вид добрых, покрытых пеленой глаз придавал силы жить дальше, а его слова возвращали уверенность, возрождая безумную надежду.

– Неважно, что думают другие, Вайлет, главное, что чувствуешь ты. Надежда всегда оставляет отпечаток, оживляя, казалось бы, несбыточные мечты. Только ты можешь решить, куда тебе идти. Ты сама выйдешь на верный путь. Только нужно забыть о плохом, оставить позади. Темные мысли тянут назад, как камень, привязанный на шее, только в твоих силах разрубить эти путы.

В твоих силах двигаться дальше.

Гаред напоминал отца, интонация и голос вызывали воспоминания. Она прониклась к этому мудрому и одинокому человеку симпатией, искренне привязавшись к нему. Наступил момент, когда Вайлет рассказал ему о Джеке, Луисе, Дэне, Майкле, о Файерлейке и ордене. Слова давались с трудом, и когда сухая жилистая рука осторожно взяла ее за ладошку, больше не могла сдержать слез. Вся боль и тоска вырвались наружу.