Что это было?

В твоих словах все больше фальши,

Мне лучше б этого не знать.

Ведь для меня ты – добрый гений!

Мой лучик солнца золотой!

Мой воздух чистых вдохновений,

Моей надежды добрый звон!

Прощай любовь, прощай надежда.

Я больше жить так не могу.

Я ухожу и может вечность,

Вернет мне девочку мою!».

Мы помолчали и Петрович спросил:

– Почему же он с ней не поговорил, не объяснился?

– Я думаю, Паша, что он не хотел увидеть в ней то, чего боялся увидеть. А так она для него осталась доброй и лаской дочкой.

– Да, Витя, ты не только хороший писатель и рассказчик, ты еще большой философ и психолог, это я тебе, как специалист говорю.

– Я, конечно, польщен твоими комплиментами, но давай, Павел Петрович, вернемся к нашей загадочной незнакомке.

– Ну, и чем закончилась ваша встреча? – Спросил Петрович.

– Закончилась она, Паша, так же внезапно, как и началась. На прощание Алина взяла мою руку и вдруг заглянув мне в глаза, попросила прощения за эту глупую и высокомерную девчонку.

– За Алину – дочь журналиста? – Спросил Петрович.

Я кивнул головой, а он поинтересовался:

– И это все?

– Потом она пообещала скорую встречу и подвела меня к окну. При свете луны я увидел необычный город с высокими домами и башнями. Он начинался сразу за нашим двором и тянулся до самого горизонта. Вдруг небо озарилось зарницей, и незнакомка исчезла. Шторы на окне закачались от сквозняка, а рукопись на столе, прошуршав листами, собралась в ровную стопку.

Я вздохнул и посмотрел на Петровича.

Он как-то украдкой посмотрел на роман и тихо заявил:

– Но это же мистика! В это никто не поверит…

– А ты-то веришь?

– Я? – Переспросил Петрович, – конечно, верю. Я видел твое воскрешение, я был свидетелем этого удивительного случая. Но люди?..

– Для этого я и написал свой роман, Паша, написал от первого лица, как очевидец тех мистических явлений, как ты их называешь.

Петрович хотел мне возразить, а я продолжил:

– Неважно сколько людей мне поверит и неважно на какой полке роман будет стоять в книжном магазине, главное в нем то, что он дает тему для размышления.

Петрович хитро улыбнулся и спросил:

– И кем же тебе приходится эта прекрасная незнакомка?

– Дочерью, только не мне, а журналисту.