Что это было?

У входа в сени отец остановился и, вдыхая аромат цветущей черемухи, произнес:

– Ну теперь скоро лето!..

Слова его прозвучали как-то не весело, и я сказал:

– Не волнуйся, батя – все будет хорошо!..

Он пропустил мои слова и продолжил:

– Быстро темнеет.

Я согласился и заметил, что небо стало серым, а кое-где уже появились первые звезды. Далеко в камышах прокричал сыч и я невольно глянул в сторону реки. Вдруг у сарая я заметил голову волка. Он осторожно выглядывал из-за угла строения, наблюдая за нами.

Я толкнул отца и тихо сказал:

– Смотри у сарая, ближе к поленнице. Видишь?

– О-о! – Воскликнул отец. – Кто к нам пожаловал?! Проходи, дорогой, гостем будешь! – Пошутил он.

– Ворут! – Позвал я волка, и он вышел из засады.

Перебирая лапами, он чуть заметно вильнул нам своим коротким хвостом, но с места не сдвинулся.

– Ну давай смелее! Иди к нам. – Подбадривал его отец. – Мы теперь с тобой вроде как родственники. Видел, как подруга раздобрела?

Отец указал на Белку, спящую у крыльца.

Та во сне дергала лапами, и я сказал:

– Снится что-то… Бежит куда-то?..

– На свидание. – Хихикнул отец. – Просыпайся, все проспишь!

Белка пошевелила ушами и продолжала бежать во сне. А тем временем, волк осмелел и, сделав пару шагов нам навстречу, улегся на траве. Положив голову на свои вытянутые лапы, он по-человечески вздохнул и навострил уши.

– Ладно, Витя! Пошли в дом. Они сами разберутся…

– Батя, а вдруг он весточку принес?

– Не говори ерунду.

Я взглянул на волка, а он, будто понимая нашу речь, приподнял голову и внимательно посмотрел на нас.

– Надо же как люди!.. – Ухмыльнулся я, следуя за отцом.

– Это хорошо, когда они как люди. Плохо, когда люди, как они… – Сказал отец и вошел в избу.

Меня зацепило высказывание отца, и я спросил:

– Это что же получается, батя? Животные хуже людей?

Он промолчал, а я продолжил:

– Чем же звери хуже человека?

– Ой, Витя, не морочь мне голову.

– Нет, ты послушай! Вот возьми того же волка. Он так же заботится о своей семье, так же как человек любит и борется за свою любовь. Ему также больно, как и нам, он также страдает и даже плачет как человек. Так чем он хуже нас? – Спрашивал я у отца.