Петербургский сыск. 1873 год, декабрь

Не стал нарушать его раздумий, Григорий Михайлович долго смотрел на фотографическую карточку убитого, словно пытался что—то вспомнить.

– Лицо мне кажется знакомым, но, увы, не в состоянии вспомнить, где я мог его встречать? – Андреев отвёл взгляд от фотографической карточки, но спустя минуту вновь обратился к ней. – Досадно, к моему сожалению, не помню, – покачал головою.

– Сотрудники по поручениям расспрашивают на Вашем участке об этом господине, – указал пальцем на карточку.

– Иван Дмитриевич, какое нужно содействие от нас?

– Если мои сотрудники не сумеют опознать убитого, тогда я буду вынужден обратиться к Вам.

В первую очередь могу предположить, что на Вашем участке проживает дама нашего незнакомца и поэтому пока ведём розыск здесь.

– Может быть городовые, дворники…

– Григорий Михайлович, не беспокойтесь. Я Вас буду оповещать обо всем, что мы сможем узнать.

– Распоряжусь околоточным, чтобы занялись розысками. Вы позволите оставить фотографию.

– Да, но протокол я вынужден забрать с собою.

– Давно на участке не бывало кровавых преступлений, – посетовал помощник пристава, – мордобой, грабёж, воровство каждый божий день.

– Слишком много на Вашем участке дешёвых трактиров, харчевен, где собираются опасные люди, а и тянет в столицу, словно мёдом намазано.

– Иван Дмитриевич, сколько не делаем проверок, меньше их не становится.

– Город растёт, вместе с тем едут сюда искать счастья со всей России, но не каждому оно даётся в руки, а жить хотят все, притом хорошо жить.

– Возразить невозможно.

– И не нужно, – Путилин поднялся со стула, – Григорий Михайлович, если появится что—то новое по дело об убийстве, пришлите посыльного. Буду благодарен за всякое содействие.

– Непременно.

Глава шестая. Светская беседа в комнате допросов

Прежде, чем ехать для проведения допроса в частный полицейский дом на набережную Большой Невки, где располагалась Выборгская часть, Михаил переоделся в мундир, чтобы предать солидности молодым годам.

Форменный китель тонкого темно—зелёного сукна сидел, как влитой, и не узнать в подтянутом солидном человеке молодого губернского секретаря, чиновника ХII класса по табелю рангах, младшего помощника начальника сыскной полиции столицы.

Извозчик на счастье ли или беду попался бойкий, всю дорогу развлекал прибаутками, но Жуков его слушал краем уха и не все понимал, половину слов уносил ветер., не до веселья было.