У самого синего моря

Джон через это прошел, и поэтому прикасаться без веских на то причин к своей любимой женщине опасался.

– Мы едем с тобой в Россию! – Он вытащил рекламные проспекты из под мышки и положил их на подлокотник дивана.

– Удивительная страна! – Полный праведной патетики возопил он.

– Страна снегов, медведей, блинов, красной икры, водки… – Он счастливо улыбнулся

– И полного отсутствия наглых, очень наглых агентов по продаже всего и вся! – Афелия надула красивые губки и сложила руки на груди. Сигарилла осталась дымиться в мраморной пепельнице.

Джон скривил рабочую часть лица. Имплант пиликал в ухо о концентрации никотина и смол в воздухе, превышающих предельно допустимую, в полтора раза.

Он брезгливо взял окурок и безжалостно раздавил его о полированный нос Рузвельта, по пояс утонувшего в монолите пепельницы.

– Джон! – Она толкнула чрезмерно увлекшегося окурками мужа локтем в бок.

– Джон!

– Что, дорогая? – Полным нежности голосом ответствовал Джон.

– Так, когда мы едем? – Она протянула к мужу руки.

Он крепко сжал зубы, которыми на спор перекусывал сварочный электрод и зажмурил грустные, как у бассета глаза.

– Милый… – Зашептала нежно Афелия Джону в ухо.

– Дорогой…– Джону стало совсем плохо. Или хорошо? Но ведь иногда бывает, так что слишком хорошо это уже плохо. Или не бывает?

– Ко-о-отик… – Она лизнула Джона в ухо длинным, разумеется, модифицированным языком, который по самой современной моде раздваивался на кончике.

– Афелия… – Задыхаясь, прошептал Джон.

– Можно… – Он с трудом выпутался из нежных объятий супруги.

– О деле?

– Р-разумеется! – Афелия, как ни в чем не бывало, набросила на грудь полотенце и с интересом стала разглядывать особенный, нарощенный в несколько слоев особым гелем ноготь, который был втрое крепче природного и имел чрезвычайно острую и крепкую кромку.

– М-мы едем прямо сейчас! – Выдохнул Джон и с трудом поднялся с дивана.

Все – таки отложить поездку на два часа ему очень и очень хотелось. Но дело было превыше всего, и планы оставались планами. Билеты были заказаны. Оплачены. Страховки сделаны и неделю назад они просидели целый день в клинике, в которой получили такую дозу прививок, словно собирались не в приличную страну, а в лепрозорий.

– Я успею переодеться? – Она с нежностью посмотрела на своего мужа. Джон смутился. Вопрос застал его врасплох.