Варвар

? Это для твоих ног, ? сообщил мужчина, поставив на стол небольшую перевязанную бечевкой деревянную баночку. – Это мне, ? он забрал какой-то маленький флакончик и вновь посмотрел на Гарду. – Остальное сама разберешь. Там припасы, так что утром я хочу видеть приличную еду.

? Я пирог хотела сделать, ? сдавленно призналась Вилия.

? Ты вообще готовить не должна, но раз хотела ? делай, посмотрим, что там у тебя за пирог. ? Он встал и шагнул в комнату, только в дверях обернулся и посмотрел на Вилию строго: – Что стоишь?

Он кивком головы указал на дверь.

У женщины всё похолодело. Она едва не выронила всё, что держала, но нашла в себе силы осторожно положить  сверток на лавку и шагнуть за мужчиной.

? Может не надо? – спросила она, сама не понимая, как у нее хватает смелости говорить. – Уже поздно. Вы пьяны и устали. Вам лучше отдохнуть.

Энрар рассмеялся, поймал ее за талию и рывком притянул к себе.

? Всё это причины трахнуть тебя, а не отдыхать, так что не болтай, ? сказал он с усмешкой, глядя ей в глаза.

Его рука сползла с талии на ягодицу, крепко сжала и тут же толкнула женщину в комнату. Вилия послушно шагнула вперед, понимая, что готова просто умереть от страха, но не может даже лишиться чувств, как положено правильной благородной девице.

Не успела она выдохнуть, а эштарец подошел сзади, запер дверь, и в темноте положил руку на ее живот, затем скользнул по талии к груди. Женщина закрыла глаза, стиснула зубы и замерла, боясь дышать. Ей хотелось ударить эту руку, но она напоминала себе почему она здесь и почему должна подчиняться.

Мужчина же уверенно сжал ее грудь и прижал Вилию к себе второй рукой. В поясницу женщины уперлась выпуклость мужского желания, и Вилия едва не вскрикнула от столь ясного ощущения.

? Не бойся, ? прошептал Энрар ей на ухо. – Ты не заслужила ту боль, что я причинил тебе днем. Больше этого не повторится.

Он резко развернул ее к себе лицом и скользнул рукой по шее, заставляя запрокинуть голову, чтобы в едва различимом свете луны видеть женское лицо.

Большим пальцем он провел по пухлым губам, чуть приоткрывая их, и выдохнул. Всё еще пьяный разум делал его разговорчивей обычного.

? Ты хороша, ? сказал он с усмешкой. – Настоящее сокровище. Моя, а к своим вещам я привык относиться хорошо.

Вилию передернуло и от этих слов и от внезапного горячего поцелуя в шею. Мужчина осторожно покусывал нежную кожу, тут же лаская ее губами, неспешно, словно смакуя привкус страха собственной добычи.