Тоннельные скунсы

Скоро у нас будут свои шаманы, а вместо плазмометов мы возьмемся за каменные копья. Великолепное умение обращаться с техникой в этих ребятах удивительным образом сочетается с дикарством.

– Кое-кто из них всерьез считает, что электродвигатели вентиляторов крутят сидящие в них духи. Но они не виноваты. Кто их чему учил?

– Да, я только показывал. Учить всерьез было некогда.

Толпа восторженно заорала, когда татуировщики наконец закончили свою работу. Девушки поднялись и выпрямились, демонстрируя татуировки, изображавшие скунсов – знаки полноправных членов банды.

– Та, что постарше – очень даже ничего.

– Которая из них?

– Та, что справа.

– Постарше как раз та, что слева.

– Ты их знаешь?

– Стройная, с короткими волосами – Мира. Та, что тебе понравилась, с большой грудью – Ольга. Хочешь, познакомлю? Правда, она не очень с парнями… Ты меня понимаешь? Но для тебя наверняка сделает исключение.

– Я могу это сделать сам. Мы не «Гадюки» и своих девушек ни к чему не принуждаем.

– Они обе с верхних уровней.

– Сверху? Хммм… А как они оказались в коридорах?

– Как и все. Пришли и остались.

– Они уже что-нибудь сделали?

– Ничего особенного. Но могу я принять в банду двух симпатичных девчонок?

Девушки между тем разошлись, оставив горящие бочки между собой, замерли, ловя ритм и синхронно сделали первое движение. Танец, давным-давно изобретенный на Земле и привезенный на эту планету переселенцами, начался.

– Иди, – сказал мужчина. – Я же вижу, как ты дергаешься. Присмотрю за обстановкой на мониторе.

Тот, не тратя лишних слов, поднялся одним слитным движением и побежал к танцующим. Оставшийся в одиночестве мужчина вытащил пачку сигарет, закурил и о чем-то задумался, время от времени поглядывая на висящий на стене экран.

Музыка гремела, две девушки танцевали в толпе, в неверном свете пламени, друг напротив друга и стекающий по груди пот обжигал свежие татуировки.

* * *

Ритм оборвался, наступила тишина. Подростки замерли. На секунду человек в черном позволил себе ощутить свою власть над ними, вкус которой слегка напоминал вкус крови. Сейчас можно было послать их куда угодно и они не будут сомневаться и размышлять. Он поднял руку, призывая к вниманию и сразу же зажглись светильники на стенах. Праздник кончился. Пальцы поднятой руки разжались и через минуту от толпы не осталось никого. Почти никого.