Урод

– Не плачьте, – говорила ей Мо. – Если вы будете плакать, то станете некрасивой и не понравитесь принцу, и тогда он может отдать вас страже.

Лилайна вздрогнула и посмотрела на служанку с ужасом.

– Вы совсем не знаете местных традиций? – удивилась Мо.

– Нет, – признавала Лилайна, что всегда боялась рассказов о жизни варваров. Она верила, что слушая подобное, можно себя опорочить.

– Тогда лучше признайтесь в этом сразу, чтобы Его Высочество не гневался на вас напрасно, но одно запомните: ему нельзя перечить.

Она взяла Лилайну за руку и тут же восторженно воскликнула:

– У вас такая мягкая и нежная кожа, как у младенца! Невероятно!

Лилайна в ответ только всхлипнула.

– Ну не плачьте. Вы очень красивая и, если перестанете плакать, непременно понравитесь принцу, и тогда он не захочет вас ни с кем делить. Правда, не плачьте… Да и такие удивительные серебряные глаза как у вас – тут великая редкость!

Лилайна снова всхлипывала, разглядывая смуглую забавную Мо.

– Вам сколько лет? – спрашивала Мо ласково.

– Недавно исполнилось шестнадцать.

– Ну, тогда вам совсем нечего бояться. Кому вы раньше принадлежали?

– Я была свободной.

Мо посмотрела на нее с непониманием:

– Вы прежде не были в гареме или не были с мужчиной?

– Ни то, ни другое.

Глаза Мо растерянно округлились.

– Я вам не верю, вы глумитесь над Мо. Думаете, я такая глупая? Или вам кажется, что раз я такая высокая и еще в девочках хожу, то можно надо мной смеяться? Я обязательно поправлюсь и стану женщиной! Ясно вам?

На глазах у Мо выступили слезы, но Лилайне было не понять горя чужеземки, что давно переросла всех девочек-служанок, а все еще не могла называться женщиной.

– Ты глупая, если не веришь мне! – воскликнула она и разрыдалась вновь.

Ей была противна эта варварская страна и эта девушка, явно считающая ее традиции нормальными. Даже собственное будущее сейчас казалось ей омерзительным, а намерение умереть только больше пугало.

– Перестаньте вы плакать, – потребовала Мо, кажется, осознав, что собеседница действительно ничего не понимает. – Меня же накажут за ваши слезы.

– Мне все равно, я ничего не хочу, – заявила Лилайна, отмахнувшись.

Ей действительно казалось, что это настоящий конец, и ничего уже ей не поможет, а Мо таких идей не разделила. Она скользнула куда-то в сторону и тут же вручила Лилайне кубок, заполненный до краев ароматным напитком.

– Пейте, вам станет легче.