Пекло

– Тебе придется привыкнуть, – спокойно сказал Шеф, – с тех пор как сломался насос…

Он не договорил, вспомнив ее слова. Он вдруг остро ощутил, что его кровь явно не мозги питает, если он только сейчас об этом подумал.

– Что ты там говорила о починке? А ну, напомни мне.

Карин сглотнула. Ей уже ничего чинить не хотелось, только сбежать как можно быстрее и куда-нибудь подальше.

– Кто приносит пользу клану – имеет привилегии, – сообщил Шеф вкрадчиво. – Выбирать, с кем трахаться, я тебе не позволю, а вот когда – могу.

– Да пошел ты, – вырвалось у Карин.

– Я бы, может, и пошел, да некуда, – пожал плечами Шеф. – Ты сейчас не понимаешь, но тебе повезло, что ты досталась нам. Здесь рядом, кроме нас, два клана. Волки, которые жрут людей и трахают овец, потому я даже не знаю, что бы они делали с тобой; да Ястребы, которые садят на сок одного кактуса, как на настоящую наркоту. Под его действием ты сама будешь прыгать на их членах, просить добавки и ловить кайф от боли.

У них долго не живут, умирают или от травм, или от кактуса. Дальше в глубине пустыни Черепахи. Они точно тебя привяжут к камню, и будешь лежать мордой вниз с отставленным задом, а Черепах сейчас человек пятьдесят, не меньше.

– Зачем ты меня запугиваешь? Чтобы я поверила, что вы нормальные? – зло спросила Карин, не понимая, зачем над ней издеваться.

– Чтобы поняла, что тут нет нормальных, а если и были – Зена их выжгла, так что принимай, что имеешь.

Он выразительно кивнул в сторону ведра.

– Можно мне другую тряпку? – спросила Карин, отбрасывая вонючую прочь.

Шеф не ответил, а встал и резко шагнул к ней. Карин чуть не завизжала, а когда он схватил ее за руку, едва не начала драться, но вовремя остановилась, осознав, что с нее просто стянули куртку.

Шеф рванул ее подкладку, оторвал от нее крупный лоскут и швырнул Карин, а потом так же молча вернулся на прежнее место.

– Спасибо, – машинально, по привычке ответила Карин и тут же прикусила губу от гнева.

Благодарить мучителя она не собиралась, а тот не то не услышал, не то просто не стал реагировать, равнодушно закурив.

Табака здесь, конечно, не было, а тот, что был, Шеф старательно берег; как все, смирившись с горькой сухой травой, которую запихивали в толстые стебли дикой лозы, что плелась неподалеку по скалам. От этого курева сначала словно и нет толку, и старым курильщикам оно не помогает, а потом превращается в страшную привычку.