Отбор против любви

 – Да это, считай, другая личность!

– Прекрати, – устало попросил Гарпий. – Мы рискуем.

– Я могу сказать, что приказал тебе, – пожимая плечами, сказал Ран, рассматривая крылья.

– Для забавы? Давай не будем проверять, что об этом подумает господин Эдерью.

– Это он тебя бил? – спросил Ран, найдя на крыльях маленькие кровавые точки, явно возникшие он напряжения.

– Маги жизни не терпят чужой боли, – напомнил Гарпий.

Ран все же прикоснулся к крыльям, горячим, словно перед ним не демон, а настоящий дракон.

– Решил меня помучить?

– О, нет! Извини. Сейчас. Они ведь болят, верно?

– Есть немного, – буркнул демон, пожимая плечами.

– Знаю я твое «немного», – со смехом ответил Ран и пошел искать нужную склянку в своих вещах. – Так почему тебя били, Гарпий? Неужели ты шалишь тут без нас, не верю!

– Я не дурак, Ран, чтобы шалить, но меня без вас как-то поймали в библиотеке, пришлось пройти проверку, – ответил Гарпий, глядя куда-то в сторону.

– Не уходи от темы, проверка – это, конечно, жестоко, но на спине у тебя простой кнут гулял, почему? – упрямо спрашивал Ран, вскрывая найденную баночку.

– Из-за того, что я далеко от хозяйки, господин Эдерью приказал меня пороть раз в полгода. Ему кто-то больно умный сказал, что так я точно останусь послушным.

– Что? – ошарашенно переспросил Ран, едва не выронив банку с целебной мазью. – И так все восемь лет учебы Альберы? И ты все это время молчал?! Гарпий, ты должен был сказать мне!

– Как ты себе это представляешь? – спросил Гарпий, обернувшись так резко, что едва не снес мага крылом.

Ран медленно расплылся в улыбке.

– Вот с таким тобой надо непременно познакомить Альберу! – воскликнул он радостно.

– Ну уж нет, – буркнул полудемон, отворачиваясь.

Он чуть раскрыл крылья, чтобы маг мог хорошо их видеть.

– Жаль, что у тебя духу не хватает быть таким всегда, – проговорил он, словно перед ним был не демон, а какое-то прекрасное существо. – Будет сначала сильно жечь, – предупредил маг, начиная наносить мазь на крылья там, где они были особенно горячими и темными от кровавых следов под кожей.

– Это вообще не больно, – пробормотал Гарпий едва слышно.