Я спас РФ

Северский хотел расспросить про собранные по чертежам стазис-камеры, но увидев, как исказилось лицо технического руководителя проекта, промолчал. А пальцы Алфёрова яростно забарабанило по клавишам.

Прошло ещё пару минут и к Северскому подошла медсестра и извлекла иглу.

– Всё. Внутреннее кровотечение остановлено, колония бионанитов заработала, но вживлённая нейронная сеть не откликается. – Алфёров тяжко вздохнул и посмотрел на учёных сидящих за длинным пультом. – Коллеги, предлагайте. Что будем делать?

– Пациент в медикаментозной коме, нервная система не перезапустилась в полном объёме, из-за этого мы не сможем долго поддерживать жизнеспособность объекта – проговорила женщина в огромных очках.

– Значит поместим в стазис-камеру, а потом что-нибудь придумаем – предложил Алфёров.

– Но мы её испытывали только на кошечках и собачках – предупредил долговязый мужчина, сидевший дальше всех.

– Вот заодно и испытаем на людях.

Часа через два процедуры консервации испытуемого завершились, и доцент Северский подошёл к грузовому лифту, где собрались учёные и технический персонал, принимавший участие в страшно засекреченном экспериментальном проекте.

Минут через десять лифт вернулся, и они вместе с подошедшим Алфёровым забрались внутрь.

– Я хочу вас поблагодарить, не многие согласятся лечь на прямое переливание – сказал Алфёров, когда лифт тронулся.

– Вы же знаете я заинтересован в положительных результатах, даже больше чем вы.

– Знаю, но всё же. Может нам пора перейти на ты? – неожиданно предложил Алфёров.

– Согласен. Так проще.

– Ещё раз спасибо тебе Сергей. Выручил. Значит теперь я должен проставиться. Завтра в 19:00 клуб Везувий, у меня там намечается кое какое мероприятие. И возьми с собой свою девушку.

– Хорошо Костя, мы будем – ответил Северский и почувствовал, как в груди что-то кольнуло.

Наверху их ждал хмурый руководитель проекта в компании с цельным генералом ФСБ. Они явно собирались потрепать всем нервы, но увидев замученные, но вместе с тем довольные лица молодых учёных, развернулись и ушли.

А потом была долгая процедура повторного подписания бумаг о неразглашении и проход через подземное КПП с полным личным досмотром и с последующей загрузкой в автобусы без окон.