Чужие руки

Как так вообще вышло, что у него ничего кроме работы не осталось? Само собой ведь, без трагедий. Жена ушла к другому. Детей не было. Родители давно переехали в Канаду. И жизнь вроде была не банальной, а в ней словно ничего и не было.

Он закрывал глаза и гнал прочь один навязчивый вопрос: что он будет делать потом, когда его выпишут?

Глава 5

Жизнь Риты превратилась в какой-то дурной сон. Что бы она ни делала, а все равно просыпалась в пять утра, в шесть выходила из дома и в половине седьмого шагала по территории третьей городской больницы, доходила до второго хирургического отделения и бежала прочь как можно быстрее домой, где на двери в ее комнате все еще висел халат Ивана Северина.

"В меня словно кто-то вселился" – шептала она себе в ужасе, понимая, что ее руки делают все не так.

Ей сняли швы, но о бровь ее не волновала. На курсы не поехала, не могла она думать о каком-то там поступлении.

Она была готова поверить, что во всем виновато сотрясение, которое, как все предупреждали, может дать о себе знать через какое-то время.

Только этот белый халат и вторая хирургия никак не увязывались в логичную теорию о травме. Она могла возомнить себя кем угодно, но не человеком, которого не знала.

Всхлипнув, она окончательно решила, что завтра, когда ноги унесут ее в больницу, она не побежит домой, а пойдет в приемник "сдаваться".

В субботу ноги ее никуда не понесли. В воскресенье ей и вовсе показалось, что все как прежде. Она даже зашла в "Продуктовик" и лично сказала, что завтра выйдет на работу.

– Точно можно? – заботливо спросила хозяйка.

– Конечно, я же в полном порядке! – объявила Маргарита, уверенная, что все так и есть.

Вот только в понедельник в седьмом часу она снова шла по крутой лестнице на третий этаж к кабинету заведующего отделением, только на этот раз застыла, не коснувшись дверной ручки, слыша голоса.

– Николаю Николаевичу это не понравится, – говорила женщина неуверенно.

– Зато Николашка от меня не сбежит. Сел в мое кресло, пусть работает! – рявкнул в ответ Северин.

Рита почему-то сразу узнала его голос. Сердце у нее сжалось от ужаса и чувства вины, словно она специально отобрала руки у этого человека.