Свет истины

Наконец-то, что и оказалось роковым в судьбе этого корабля, команда его больше чем наполовину была набрана по приказу тогдашнего морского министра графа де Кольера из сидящих по тюрьмам воров и бродяг.

«Море не виселица – примет всех» – так пошутил сиятельный граф.

Вел судно капитан Жакко, один из опытнейших королевских капитанов.

Вот эти-то огромные деньги и стали соблазном для Жакко. Вещь не такая, чтоб необычная, случалось, что матросы, даже вместе с капитанами, угоняли свои корабли, дабы начать промышлять пиратством.

Говорят, была еще одна причина.

Будто бы еще не старый капитан воспылал страстью к плывущей на его корабле знатной красавице Мариозе дю Конс, направлявшейся в Кадисту к жениху-офицеру.

Что неудивительно, благородная дворянка отвергла любовь простолюдина, пусть и не бедного и наделенного многими достоинствами.

Это, дескать, и свело с ума прежде безупречного служаку.

Так или иначе, мэтр Жакко задумал мятеж – дело, угодное Хамирану и видать Хамиран ему в этом помог.

Но, как известно, Хамиран тем и отличается, что обожает губить предавшихся ему.

Именно это случилось и теперь. В сообщники мэтр Жакко привлек суперкарго Иеронима Девисто – бывшего хозяина постоялого двора, помогавшего разбойникам грабить проезжих купцов, и выслужившегося из каторжников. Тот охотно согласился помочь, возможно, потому что сам искал случая распрощаться с надоевшей корабельной службой, хотя и был на хорошем счету.

Служанка Мариозы, девица Янте оказалась более покладистой, чем ее госпожа. Она стала капитанской любовницей и условилась участвовать в заговоре, за что ей обещали платья и драгоценности ее госпожи.

Жакко с Иеронимом придумали повод взбунтовать команду, а заодно и отомстить недотроге. Когда корабль заштилевал, они сперва выкатили команде пару бочонков вина, а потом объявили матросам, что Мариоза – ведьма, наславшая на них безветрие. А Янте подтвердила, что сама видела, как ее госпожа ворожит на внутренностях дохлой чайки.

Матросы во главе со старшим боцманом ворвались в каюту благородной дамы, после чего выволокли на палубу, раздели донага, изнасиловали и собрались утопить, но решили оставить на потеху матросне. Вступившихся чиновников и офицеров выкинули за борт.

А когда пьяные моряки протрезвели, Девисто и Жакко сообщили им, что назад пути нет, и им остается лишь доля пиратов.