Радио Регата

– Какие пираты? Которые были у нас в сценарии «Дня Нептуна»?

– Да, в том-то и дело, что все почему-то подумали, что это какой-то сценарный розыгрыш оргкомитета, и когда пираты нас взяли на абордаж, Мамыкин устроил дебаты, и договорился.

– И чего? О чём он с ними договорился?

Мариша села в другое кресло и разлила по стаканам ром.

– Извини, Мариша, но я не буду.

– Правильно. Я тоже не буду. О чём договорился Мамыкин?

– Не знаю о чём, но все бухать пошли. И наши, и пираты.

Мариша поставила бутылку на стол, которая тут же упала на пол, потому что яхту неожиданно сильно качнуло.

– Боря! А ты дверь проверял?

– Проверял. Мы заперты. Почему так сильно яхту качнуло?

– Так! Давай всё сначала. Ты пиратов помнишь?

– Смутно! – Боря закурил вторую сигарету, и поднял бутылку.

– Хорошо, давай вспоминать, что было до пиратов.

– А ты сама-то пиратов помнишь?

– Да, я тоже смутно их помню. Я помню, что вдруг скорость резко снизилась. Я же тогда на вахте не была. Я обсуждала в кубрике с Комаровой дорожную карту прохода мимо Филиппин, и их юго-восточного архипелага, в частности, – и Мариша разлила по стаканам пепси-колу.

– Какого архипелага?

– Ну, я его так называю. Потом я стала корректировать сценарий «Дня Нептуна» с Кучиной и Богодуховой. Потом яхта остановилась, я побежала на палубу и увидела пиратов, с которыми разговаривал Мамыкин. Я подумала, что Мамыкин репетирует и продолжила работу по сценарию. Потом к нам прибежал Селивёрстов и повёл в кают-компанию, где накрывали стол.

– Они нам подлили чего-то.

– Кто?

– Пираты. Давай думать, как отсюда выбираться?

– Боря, – Мариша засмотрелась в иллюминатор, – Ты считаешь, что нам действительно надо отсюда выбираться? Ты посмотри, что на улице твориться! – Мариша взяла со стола стаканы, встала со своего кресла, подошла к креслу Бори, села на подлокотник и протянула Боре стакан с коктейлем, – Ты, случайно, не драматизируешь ли, ситуацию, Боря? Да, я согласна, шторм – сильный.

– Прости, но это не по – комсомольски. Мы же не знаем, точно, где ребята, – Боря задумчиво и несколько растерянно вытащил руку из-под бедра Мариши и взял стакан.

– Да, ты прав! – Мариша вздохнула, встала с подлокотника, поставила стакан на столик и, подняв с пола свой китель, направилась в ванную, – Пойду, оденусь. Я совсем забыла, что я в полотенце перед тобой тут рассекаю.