Оковы судьбы

 – А вы пойдете искать убийц? Папа говорит, что вы во всем разберетесь!

– Если твой отец такое сказал, значит, это правда. – Алан жестом попросил Винсента следовать за собой. – До встречи, Роланд, – обернулся в дверях Рэвендел.

– Всего хорошего, господин Алан! – Мальчик помахал рукой. – Чем сегодня займемся? – Он с любопытством посмотрел на Анжелику. Девушка часто заменяла Алана, когда у того находились важные дела, поэтому Роланд нисколько не расстроился, зная, что уроки Анжелики не менее интересны.

– Сегодня мы поговорим о манерах, чтобы ты больше не перебивал господина Алана, – строго сказала Анжелика, – а затем продолжим закреплять грамоту.

– Скука, – недовольно буркнул мальчик, ожидавший продолжения рассказа о гильдии Кукольников.

– Что? – Красивое лицо девушки помрачнело, когда она взглянула в глаза ребенку.

– Нет-нет, ничего, манеры так манеры! – скороговоркой пробормотал Роланд, которому вдруг стало очень страшно.

– Так-то лучше, – снисходительно улыбнулась Анжелика, и мальчик облегченно вздохнул. – Тогда начнем.

…Высокий мужчина в перламутровых доспехах и со знаком десятника на груди склонил голову, когда Алан спустился со второго этажа. «Коралловый страж» держал свой украшенный белыми перьями шлем в руках, и, взглянув на открытое молодое лицо, Алан сразу же узнал Ланса, одного из доверенных лиц Вильгельма.

– Доброго дня, господин Рэвендел. – По взгляду воина было видно, что он нервничает и ему очень неуютно в старом имении. Однако Ланс держался достойно.

– Доброго дня, – кивнул Рэвендел. Все «Коралловые стражи» происходили из знати, а значит, были равны Алану по статусу. – Что-нибудь случилось?

– Нашли хозяина убитой недавно марионетки. Тело обнаружили в Доках.

– Давно?

– Около двух часов назад. У северного моста вас уже ждет отряд «Летучих рыб».

– Спасибо, я справлюсь сам.

– В таком случае я жду вас на улице, вместе с экипажем.

– Толстый бородач, видимо. – Винсент помог Алану надеть плащ, после чего подал ему трость.

– Удивлюсь, если будет кто-то другой.

Карета с эмблемой «Коралловой стражи» замерла почти перед самым порогом.