Сидящий у двери

Теперь он убедился, что перед ним не человеческое существо.

– Вам придется согласиться, – прервал паузу Красноглазый.

– Я могу избежать этого?

Красноглазое существо, шагнувшее к Алексу, остановилось, как будто напоролось на невидимое препятствие. Алекс всмотрелся в его лицо. Все равно, что с обратной стороны двери через глазок пытаться рассмотреть квартиру. Если бы перед ним стоял человек, Алекс сказал бы, что тот растерялся. Неужели Алекс нащупал какую-то слабину? Красноглазый молчал.

– Есть ли что-нибудь другое, что вы можете предложить?

– Только один вариант.

– Какой?

– Я верну ваше пространство, когда вы отдадите свои чувства или… два ваших глаза.

Алекс отступил на один шаг. Печень стала сплошным комком боли.

– Глаза? О, Господи! Глаза зачем?

– Нам подходят ваши органы зрения. Наши глаза плохо видят в вашем мире и быстро портятся. Если хотите, я вырежу ваши глаза. Они подойдут, и я отдам вам пространство. Либо одно, либо другое.

И Алекс не выдержал. Нож, который он прятал в рукаве пиджака, возник в его правой руке.

Он взмахнул и всадил лезвие в тело Красноглазого.

Алекс никогда не испытывал ощущений, когда вонзаешь в человека ножом, но, несмотря на страх и подступившую истерию, понял: что-то не так. Нож прошел между плечом и шеей как сквозь растаявшее масло, не встретив на пути сколько-нибудь заметного сопротивления. Как и рука с зажатой рукоятью.

Если бы не амплитуда движения, Алекс засадил бы в тело Красноглазого руку по локоть.

Существо отлетело к креслу.

И это тоже было несоответствием.

Алекс повернулся и с ножом, зажатым в руке, побежал вниз.

Часы показывали шесть тридцать вечера.

Алекс давно испытывал голод. Он находился на тринадцатом этаже, усевшись на ступеньках.

Яркий свет, окутавший все, как плотный туман, добрался до десятого этажа. Пространство вокруг Алекса постепенно сужалось, исчезало. Наверное, чудовище с четырехпалыми руками продолжало претворять свой план. Когда исчезает пространство, исчезает время, а может ли живое существо жить вне времени?

Алекса колотило – его бил сильный озноб.

И не от холода, от страха. От мерзкого животного страха, от которого невозможно избавиться. Он давно понял: в многоквартирном доме в двадцать пять этажей нет ни одного человека. Он также понял, что обстоятельства очень скоро вынудят его возвратиться к красноглазому вымогателю. Алекс не верил, что Красноглазый исчез, хотя за это время не замечал постороннего присутствия.