Опасный дар

– Это фотография убитого у цирка на Цветном бульваре, – поспешно забирая у тёщи снимок, проговорил Виктор. – Извините… Не думаю, что приятно смотреть на такое.

– Да нет, Витя, всё нормально, – поспешила уверить его Светлана Андреевна.

Лена заметила мамину реакцию и, когда они остались одни, спросила, что именно её так взволновало.

– Этот убитый на снимке… Мне приходилось встречаться с этим человеком много лет назад в Анголе. Я узнала его по шраму на верхней губе, – наконец, неохотно объяснила Светлана Андреевна.

Глава 6. Ангольский след

Следующим утром Виктор уехал в Москву. Собирался тихо, чтобы никого не разбудить, но Лена всё равно проснулась. Она не встала, но и не пыталась снова заснуть. Лежала с закрытыми глазами и думала о реакции матери на фотографию. О креме «Африка» и о человеке из Анголы… Появился страх. Нужно было обязательно расспросить мать подробнее.

После завтрака они занялись привычными делами. Полина начала угощать Барби кашей. Затем мыть Барби. Дел у малышки хватало.

Её мама и бабушка отправились на огород. Урожай клубники был отменный. Лена решила подождать, пока тазик заполнится сочной красной ягодой, и только после этого начала расспросы.

– Мам, человек со вчерашней фотографии – это кто?

Настроение Светланы Андреевны сразу изменилось. Она поставила тазик на траву и принялась вытирать руки тряпкой. Долго, старательно… Лена не торопила.

– Я не знаю его имени, откуда и кто он, – наконец, начала Светлана Андреевна.

Потом сделала паузу – обдумывала.

– Лена, что ты сама помнишь про Анголу?

– Не очень много. Чернокожих девочек в белых платьях, с которыми мы играли и разучивали всякие стишки на английском. Как что-то грохотало. Помню, как мы бежали. Я уронила свою красную шапочку и не смогла её найти.

– Да, это случилось, когда ты потеряла панамку. Весной девяносто первого года. За несколько лет до этого в Анголе возобновилась гражданская война. Повстанцы из УНИТА прорвались в пригороды Луанды, где мы жили. Наступление было настолько быстрым, что нас не успели эвакуировать и мы оказались в заложниках.

– Мам, этот человек с фотографии был с повстанцами? – уточнила Лена.

– Да. Конечно, прошло столько времени. Он сильно изменился, но я сразу узнала его по изуродованной губе.