Сага об орке. Дебютант-киднеппер

Прям мне в лицо!

– Скажи свое слово, Болли, – немного ошарашенный произнес Сигмунд, – почему ты против парня? Он смел, из боя не бегает, умелый воин…

– А я не чувствую в нем твердости, – пожав одним плечом заявил волосатик. Но смотрел он по-прежнему только на меня. Вот же гад!

– Да, слабоват он еще, – крикнул стоящий рядом с Болли Эйрик, – да и боец так себе…

Я, заметив краем глаза движение, и как раз успел перехватить руку друга. Тот порывисто ухватился за рукоятку скрама.

– Не вздумай, – одними губами прошептал я.

– Да вы посмотрите на него! Он же сейчас расплачется! – издевательски выкрикнул Рерик. – И это хольд?

Я непроизвольно покосился на Синдри. Лицо побелело, в смысле – стало бледным-бледным, почти серым. Кожа на скулах натянулась, и было видно, как ходят туда-сюда желваки. Губы подрагивали, но вкупе с горящими ненавистью глазами это скорее показывало, что парень в шаге от какой-нибудь глупости. Но никак не от слез.

– А тебе-то кто слово дал? – успел крикнуть я.

– Да… И я тоже против, – пробубнил стоящий в той же компашке Бруни.

И ты, скунс! А я ведь тебя нормальным пацаном считал! Вот что значит, дурная компания.

– Ну раз есть те, кто против… – протянул Сигмунд.

Я рывком обернулся. Что ты блеешь? Кто против? Из «авторитетных» только волосатый. Ну и Эйнар, вроде как полгода уж как в хольдах… Да неужто ты не понимаешь, баран ты тупоголовый, что это чтоб меня уязвить?

Но я, естественно, промолчал.

И Синдри, бившийся со всеми наравне, много раз раненный так и остался дренгом. Новичком по местному.

– Рерик Ингольвсон! – выкрикнул Сигмунд

– Я против! – заорал я, не дав брату сказать еще чего-нибудь. – Он легкомыслен, не прислушивается к старшим, и постоянно предлагает всяческую фигню, непроверенную!

Эх, было б у меня хоть пять минут, я б приготовил более аргументированную речугу. Но это только в фильмах и книгах герой находит самые нужные слова в нужный момент.

– А кто дрегну дал право голоса?!

Даже не оборачивался, и так знал – Болли. Я дернул голову, нашел взглядом Бьярни, из нашей компашки только он был принят еще на Волчьем, его голос будет иметь вес. Не успел.

– Дренг-не дренг, а говорит дело, – прокаркал знакомый старческий голос, – Рерик и вправду за языком не следит… Горячий слишком!

Я бросил торжествующий взгляд в сторону Болли с прихлебателями.