Орган времени

 – А то наливайте, не стесняйтесь.

– Нет, спасибо.

Телевизор шипел над ухом. Я хотел выключить его, но почему-то никак не мог сделать это.

– И о чем же я думаю? – спросил Сергей Степанович.

– Вы думаете, как посадить меня в машину и увезти в больницу, – пьяно улыбнувшись, сказал я. – Так?

Он пожал плечами и промолчал.

– А о чем я думаю, вам интересно?

– Да, – отсутствующим тоном сказал он, – конечно.

– А я ни о чем, – хохотнул я. – Хотя нет, я думаю, выпить мне или не стоит? Вы как считаете?

Он снова пожал плечами.

– Не знаю, – с напускным безразличием произнес он.

– М-м-м… Наверно, все-таки выпить, – я потянулся за бутылкой.

Хотелось быть пьяным и несерьезным в пику надутому Сергею Степановичу. Я чувствовал, что он вызывает во мне какое-то тягостное ощущение, словно я виноват в чем-то. Хотя, может, это было и правильно, но все равно. Я хотел спрятаться от него за пьянством. Собственно, это было просто продолжением того, что я начал делать еще вчера, с той лишь разницей, что теперь Сергей Степанович сидел здесь.

– Так что, – спросил я, – вы будете?

– Нет, – все так же ответил он, – спасибо.

– Ну, как хотите.

Я налил себе рюмку и взял ее в руку.

– Ваше здоровье, – сказал я.

Он бросил на меня недовольный взгляд и снова уставился в окно. Я собрался с духом и выпил. Это было ужасно, казалось, что я тут же умру, распавшись на части, но потом все прошло.

– Ну, – сказал я, – что у нас дальше?

Сергей Степанович молчал.

– Слушайте, – сказал я ему, – ну что же вы молчите? Вы ведь пришли уговаривать меня.

– Я не знаю, что сказать, – произнес он.

– Вот как? Что же, мне самому себя уговаривать?

Сергей Степанович не ответил, лишь недовольно опустив взгляд.

– Нет, – ухмыльнулся я, – я знаю, кого мне уговаривать, – и потянулся за бутылкой, – вот ее.

При слове «ее» я вспомнил о женской половине человечества.

– А кстати, где сейчас Леночка? – с бутылкой в руках нахмурился я.

– Не знаю, – ответил Сергей Степанович. – Наверно, дома.

– Давайте ей позвоним? Может, хоть она составит мне компанию?

Сергей Степанович молчал. Мне захотелось подразнить его.

– Уж она не откажется, – проговорил я, наливая себе рюмку. – Она хорошая, можете мне поверить.