Четыре сына. Игры со временем

Он вновь подскочил к девушке, в который раз хватая ее за горло, так что ухмылка вмиг слетела. Его лицо исказилось от неконтролируемого бешенства.

– Что за игры, рыжая? – опасным тоном спросил он. – Я ведь тоже могу с тобой поиграть. Отдам тебя карберам, да и дело с концом. Парни позабавятся, а ты быстро присмиреешь.

От подобной участи кровь в венах застыла. Чувствуя, что сейчас может плюхнуться в обморок, Рикка заставила себя разозлиться. Да так неистово, что глаза заслезились.

– А ты отдай, – с гримасой ненависти негромко протянула дочь Атонаха.

Пальцы на шее Рикки сжались сильнее, но быстро разжались, переместившись на щеку и грубо оттолкнув ее вбок. Хоть султан и не позволил себе ударить, однако это почему-то взбесило девушку не меньше пощечины.

Он уже подходил к выходу, когда Риккарда кинула ему в спину:

– У тебя нет чести, Белый!

Дамаск обернулся.

– Что ты сказала?

Страх был настолько сильным, что кровь от лица девушки отхлынула, однако неведомые демоны заставляли ее открывать рот и произносить всё больше и больше опасных для жизни слов.

– Атонах мой отец, это правда! Но моя мать – Роза. Где бы ты был, если бы не она? Роза приютила тебя и твоих друзей, когда вы нуждались в этом больше всего. Она дала вам еду, кров и убежище, несмотря на смертельную для себя опасность. И чем ты ей отплатил?

– Замолчи, – негромко попытался султан остановить поток слов.

– Подлостью! – осмелев, крикнула Риккарда, почувствовав смятение султана. – Ты украл ее единственную и любимую дочь. Она страдает, а Атонаху плевать! Ты считаешь, что у нас прекрасные отношения? Что я зову его папочка, а он каждое утро целует меня в лоб? Тогда ты еще больший дурак, чем я! Он исчез год назад. И чхать он хотел на меня и на маму. Считаешь, что мстишь Атонаху? Тогда спешу тебя огорчить. Он знает, что меня похитили, и знает, кто именно это сделал. Атонах не страдает, он смеется над твоими жалкими потугами! Атонах – король Дна! Ему неведомо чувство любви и привязанности.

Произнеся смертельно опасные речи, Рикка громко выдохнула и гордо расправила плечи, ожидая последующих действий султана. Но он лишь молча развернулся и вышел, заперев за собой камеру.