Хроники дальних дорог

Выживший вор в законе, явно слышавший разговор, тоже не давал о себе знать. Ну и пусть им, долго в разгромленной системе они не протянут. А вот Черной эскадрилье, похоже, с этими чужаками по пути.

– Ну что, друзья, двинулись? – после десятиминутных размышлений поинтересовался Ростовцев. – Я за то, чтобы принять предложение этих странных пришельцев.

– Предложение? – удивился Ковальский. – А разве они нам что-то предлагали? Кроме спасения.

– А ты разве не слышал вопроса о том, что не пилотов ли истребителей им нашли?

– Слышал… – протянул поляк.

 – А что? Людям чести можно и послужить. Главное, чтобы не демократам поганым.

Остальные пилоты поддержали товарища согласным гулом. Ну а после того, как решение было принято, Черная эскадрилья выбралась из пояса астероидов и в идеально ровном построении двинулась к «Петрограду». Пролетев мимо корабля, оказавшегося попросту огромным, около километра, шахтерские корабли один за другим нырнули в раскрытую аппарель и оказались в ангаре.

Каждый отметил про себя толщину брони корабля – сорок метров. Ковальский только присвистнул после этого. Оружия, способного пробить такую броню, в бывшей империи не знали.

Встречал пилотов высокий офицер, больше, чем двухметрового роста. Он представился полковником Карлом фон Бревеном. Между прочим, довольно известный в империи род. Ян Ковальский был неплохо знаком с наследником этого рода, Михаилом фон Бревеном, около года служили вместе, и сразу отметил фамильное сходство – буквально одно лицо.

К сожалению, Михаил погиб во время войны с демократами, будь они прокляты во веки веков.

– Господин полковник! – сами собой щелкнули каблуки привыкших к субординации офицеров.

Тот едва заметно усмехнулся и позвал пилотов за собой. Странная транспортная платформа, похожая на розовую мыльницу, немало насмешила их, но вида ни один не подал. Уже только по одной этой платформе становилось ясно, что это гости извне – ни одно известное государство такими не пользовалось.

Наконец оказавшись в большом зале, уставленном десятками пультов, офицеры осмотрелись. По всей видимости, ходовая рубка.

– Добрый день, господа! – поздоровался сидящий на возвышении в явно капитанском кресле молодой человек в строгом черном комбинезоне. – Или товарищи?

– В смысле? – не понял его Ростовцев.

– Значит, в вашей ветви истории революции не было, – констатировал капитан, переглянувшись с приведшим пилотов полковником.