Хроники дальних дорог

Его даже уголовники презирали, он был скользкий, подлый, готовый на любую мерзость, чтобы хоть чуть-чуть облегчить себе существование, и по статье сидел специфической. За изнасилование и убийство детей. Посажен был еще в имперские времена, сейчас бы остался на свободе, демократы уже заявили, что педофилию следует объявить нормой. – Я, свят-свят, не бандит! Я отслужу!

– Пошел вон, тварь! – в молодом голосе капитана «Петрограда» слышалось откровенное омерзение.

– Почему? – спросил кто-то гулким басом.

– А потому, Карл Генрихович, – ответил Дарнье, – что я вижу, кто перед нами.

– Ты уверен?

– Полностью!

– Тогда ты прав, нам таких точно не надо, – констатировал обладатель баса.

– Вот именно, – подтвердил капитан «Петрограда». – Единственным милосердием с нашей стороны для него может быть только быстрая смерть. Михаил Иванович, отметьте для себя шахтер этого маньяка. Попробует приблизиться – расстреляйте.

– Есть! – отозвался еще чей-то голос.

– И да, – добавил Дарнье, – вон в том скоплении камней прячется еще одна сволочь. Так называемый вор в законе, иначе говоря мразь, по вине которой совершаются убийства, изнасилования и грабежи. Мразь, виновная в том, что преступность вообще существует. Если появится – тоже расстрелять!

– А кого же мы тогда ждем? – спросил Карл Генрихович. – Ты опять что-то почувствовал?

– Да, хотел сначала переместиться совсем в другое место, но вдруг уловил отсюда зов, понял, что здесь люди, которые нам нужны, настоящие люди, которые не подведут.

– Уж не пилотов ли истребителей ты нам нашел? – прозвучал четвертый голос.

– Все может быть, – явно смутился капитан «Петрограда». – Но я уверен, что остальные, их, кстати, семеро, люди чести. Наши люди. Русские офицеры. Понятия не имею, откуда я это знаю, знания, как всегда, приходят сами собой.

– Ладно, подождем. Я пока пошлю дроидов, пусть поищут что-нибудь ценное, может хоть немного трансуранидов удастся найти, а то наши запасы скоро закончатся.

Некоторое время царило молчание, каждый из пилотов обдумывал услышанное. Отношение явно очень молодого капитана к бандитам, насильникам и убийцам офицерам понравилось, только так с этими сволочами и надо. Тот же Федька Гундосый, услышав, что по нему приказали стрелять, тут же спрятался обратно в нагромождение камней и сидел там тихо-тихо, не решаясь даже пискнуть, чтобы не обратили внимания.