Татуировка (сборник)

– Что с ним делать, что с ним делать… – проворчала Роза, будто мысль о том, что в соседней комнате лежит мертвый муж, посетила ее впервые за день, отвлекая от более насущных дел. – Ласты он склеил, вот что. Надо ночью вытащить его наружу и отнести на свалку. Там много голодных собак.

– Он тяжелый, ма, – с сомнением произнесла Глаша. Взглянув на сестру, она тоже сунула грязный палец в нос. Ничего там не обнаружив, она вытащила его обратно, лизнув на всякий случай. Павлу, глядевшему на все это расширенными глазами, начало казаться, что его разум медленно сползает в ущелье безумия.

– Подумаешь, тяжелый, – хмыкнула Роза. – На балконе пила и топор. Постелите тряпки, чтобы не испачкать пол. Потом все уберете. Поспешите, иначе опоздаете на свои мультики.

– Хорошо, ма, – послушно сказала Даша. Ей надоело рассматривать извлеченную из носу соплю, и она вытерла толстый палец об ночнушку.

– Так ты меня узнала? – разлепил губы Павел. Он не мог поверить своим ушам, услышав признание Розы. – И согласилась на встречу?

– Ну и что? Мне казалось, что мы квиты, – отозвалась старуха.

 – Тем более, ведь не я тебе резала кожу на спине. Это сделал Олег. И, кстати, этого бы не случилось, согласись ты на отступные. Если я не ошибаюсь, Олег предлагал тебе три тысячи «зеленых». А ты нос воротил. Вот и доигрался.

– За эти деньги можно было выкупить из морга бесхозный труп. Набить ему тату и вырезать себе на память, – мрачно отметил Павел.

На лице Розы отобразилось брезгливое выражение, словно она наступила на раздавленную ворону.

– Так неинтересно. Олегу нужен был азарт. Движуха, спор, торги…

Она потрогала его грудь и судорожно выдохнула.

– Сказать честно, твой звонок был как гром среди ясного неба, – призналась она. – Мы ведь думали, что давно умер. Как тебе удалось выжить?!

Она просунула свои ледяные пальцы под спину Павла, поскребла рубец ногтем.

– Твои шрамы напоминают шкуру крокодила, – произнесла Роза, и в ее голосе проскользнули нотки искреннего восхищения. – Я буду ходить по твоей спине босичком, для массажа.

Как тебе моя идея, хи-хи? А в перерывах ты будешь писать мой рассказ. Я дам тебе блокнот и карандаш. Никаких гребаных компьютеров и даже печатных машинок. Лев Толстой писал «Войну и мир» вручную, чем ты хуже?

Она убрала руку, с восторженным весельем пробежавшись пальцами по телу мужчины – от груди до паховой области. Павел вздрогнул. Он напряг мышцы, с силой потянув руки в стороны. Затем судорожно задрыгал ногами.