Знак Десяти

А плохое, как правило, оборачивается худшим. Очень скоро мне предстояло в этом убедиться.

3

В ту ночь я спала без кошмаров. Быть может, я слишком устала. Проснулась на рассвете, прошла в ночной рубашке в общую ванную для медсестер, умылась, вернулась к себе в комнату и надела свою униформу, которую для меня сложили стопкой на столе.

Время как будто вернулось назад. Вот о чем я думала, впервые за месяц облачаясь в это одеяние. Широкая юбка строгого черного цвета, белый нагрудник, белый передник, пояс с карманами, заполненными полезными предметами, накрахмаленные манжеты и воротничок, и, как вишенка на торте, высоченный кларендонский чепец.

Я спросила себя, стану ли я вновь одной из медицинских сестер Кларендон-Хауса.

Пока что я остаюсь медсестрой при моем пациенте, и я должна его вымыть.

Мы уложили его спать в той самой комнате, которую он занимал раньше: последней в восточном крыле второго этажа. В то утро я застала моего пациента в большом оживлении. Служанка принесла ему завтрак (теперь на тарелках почти ничего уже не осталось) и поставила на постели подушку так, чтобы он мог завтракать полулежа. Шторы были раздвинуты.

– Добрый и не совсем обычный день, дорогая мисс Мак-Кари. Как прошла для вас первая ночь по возвращении в Кларендон?

– Великолепно, – сдержанно отозвалась я.

– Одна из самых долгих и отдохновенных ночей на моей памяти.

– В длительности вы не ошиблись: вы ведь проспали со вчерашнего полудня. – Я положила принадлежности для умывания и смену белья на комод. И заметила перевязанный ленточкой конверт возле вазона со свежими петуниями. На конверте было аккуратно выведено: «Для мистера Икс» – в отсутствие имени все так называют моего пациента. – Вам письмо.

– Ах да. Пожалуйста, откройте и прочтите. Его принесла служанка. Это приветственные слова от доктора Понсонби – то, что, кажется, он не смог мне сказать вчера.

– Потому что вы спали.

– Забавно, – заметил он. – Я впервые заснул до того, как доктор Понсонби начал говорить. Но все же прочтите. Понсонби гораздо более лаконичен на бумаге. Готов поспорить, он будет краток.

Мой пациент не ошибся. Там было всего несколько строк вычурной каллиграфии.