По доброй воле

А вот Аарон расслышал, хрипло засмеялся и подошел ко мне, протягивая… левую руку.

Я озадаченно хмыкнул, но пожал ее. И, как и в прошлый раз, Аарон до боли сдавил мои пальцы, перекатывая суставы.

Он смотрел мне прямо в глаза и явно ждал реакции.

Я стойко встретил его взгляд, пытаясь понять, какого черта ему нужно. В альфа-самца играет? Все, что он делал, слишком сильно походило на провокацию. Настолько сильно, что не могло не быть ею.

И я решил не поддаваться на нее.

– Я так понимаю, твоя правая рука все еще не в порядке?

– Нет, это привычка.

Он пристально посмотрел на мою кисть и сжал ее сильнее. Я поморщился и глянул на него с нескрываемым раздражением.

– Судя по твоей удали, ДОВОЛЬНО ЧАСТО она тебя ВЫРУЧАЕТ?

Аарон удивленно моргнул, а потом почти согнулся пополам в приступе совершенно неестественного хохота, выпустив, наконец, мою руку.

– Ох, Дэнни, а я думал, что один живу с таким дерьмовым чувством юмора!

Мужчина поднял на меня взгляд, и я против воли напрягся всем телом – серые глаза резанули заточенным лезвием.

– Радуйся, теперь нас таких двое. Есть повод подружиться!

Аарон снова засмеялся. На этот раз совершенно искренне.

– Я подумаю над твоим предложением. Ну а если серьезно – хорошо выглядишь. Так держать!

Я кивнул и посмотрел на Алессандру. Она наблюдала за ними с мрачным видом, но стоило нам встретиться взглядами, тут же тепло улыбнулась.

– Вот, держи. Предупреждаю – если вернешься после поездки с переломом, пойдешь искать другого врача.

Аарон взял протянутый лист бумаги и лучезарно улыбнулся.

– Эйс, в этом городе нет врача лучше тебя. Поэтому хрен ты от меня отделаешься.

Алессандра покачала головой и обняла мужчину на прощание. Она несколько раз хлопнула его по спине и тихо ответила:

– Береги себя.

Мужчина на мгновение сжал ее сильнее, чем того требовали дружеские объятья, и зажмурился. А я отвернулся, пряча улыбку.

Она ему нравилась. И еще как.

Не говоря ни слова, Аарон выпустил девушку, развернулся и чеканным шагом солдата на параде вышел из кабинета. Алессандра еще несколько секунд смотрела на закрывшуюся за его спиной дверь с явной тревогой, а потом повернулась ко мне.

– На чем мы остановились?

Я тяжело вздохнул.

– На болях.

Алессандра села рядом со мной и с серьезным видом подвела итог:

– Детка, это не шутки. Тебе стоит притормозить.