Белая кошка

Дедушке тоже в голову не пришло позвать меня на это семейное собрание.

Член семьи, но все равно чужой. И убийца вдобавок, а это усугубляет ситуацию. Странное дело – почему? Хоть на преступление оказался способен.

– За пацаном надо присматривать. Пускай займется чем-нибудь, – это дед.

– Отдохнуть ему надо, – отзывается Баррон. – Мы же не знаем толком, что случилось. А если у кого-то на него зуб? Если Захаров пронюхал про свою дочь? Он же до сих пор разыскивает Лилу.

От этих слов у меня волосы встают дыбом.

Фырканье. Филип? Нет, дедушка:

– И что? Вы вдвоем, парочка клоунов, будете его охранять?

– До сих пор же охраняли, – парирует Филип.

Подхожу ближе к лестнице и останавливаюсь возле перил, как раз над гостиной. Родственнички, наверное, на кухне заседают – очень уж хорошо слышно. Вот сейчас спущусь вниз и все им выскажу, пускай считаются со мной.

– Лучше бы о жене побеспокоился. Думаешь, я не вижу? И тебе не следует над ней работать.

Я уже почти опустил ногу на ступеньку, но тут останавливаюсь.

– Мору не впутывай. Она тебе никогда не нравилась.

– Отлично. Что в твоей семье происходит – не моего ума дело. Только мне кажется, у тебя и помимо этого забот хватает. Но ты доиграешься.

– Он не хочет с тобой ехать.

Очень странно. Либо Филип злится, что дед командует, либо Баррон его уговорил меня оставить.

– А если Кассель и правда хотел спрыгнуть с крыши? Подумай, ему многое пришлось пережить, – не унимается дед.

– Да не стал бы он, – встревает Баррон.

Открывается дверь спальни, и в коридор выходит Мора. Фланелевый халат чуть распахнулся, виден край трусиков. Она сонно моргает и, кажется, совсем не удивлена, что я тут стою.

– Что-то мне послышалось снизу. Кто там?

Пожимаю плечами. Сердце колотится как бешеное, и только через мгновение до меня доходит: ничего предосудительного я не делаю.

– Тоже услышал голоса.

Такая худенькая. Вместо ключиц как будто лезвия под кожей.

– Музыка сегодня громкая. Боюсь ребенка не услышать.

– Не волнуйся. Наверное, спит как… как младенец.

Улыбаюсь, хоть шутка и не очень. В темноте Мора выглядит непривычно. У меня мурашки по коже.

Она усаживается рядом со мной на ковер, поправляет халат и свешивает ноги между балясинами. Можно легко пересчитать выпирающие под фланелью позвонки.

– Я ухожу от Филипа.