Навсе…где?

Хотелось, чтобы она не сработала, но стоило ли бередить раны Слэйта? Ведь он хотел лишь одного – спастись бегством от ошибок прошлого, и я его прекрасно понимала.

– Расскажи мне еще что-нибудь про Навигацию, – попросила я.

– С какой стати? – спросил Слэйт и рассмеялся.

– С такой… С такой, что я прошу тебя об этом.

В ответ я снова услышала смех и словно окаменела, но все же смогла выдавить из себя:

– Пожалуйста.

Слэйт не ответил. В каюте стало так тихо, что я не могла расслышать даже дыхание отца.

– Зачем тебе это, Никси? – снова спросил он, однако было ясно, что он уже о чем-то догадывается.

Все же я предпочла ничего ему не отвечать. Если бы я сказала правду – что мне хочется расстаться с ним и больше никогда его не видеть, отправиться туда, где его нет и где он никогда не появится, – отец втянул бы меня в долгий и бесполезный спор.

– Затем, что я тебе помогала, – произнесла я наконец.

Слэйт состроил недовольную гримасу:

– Мы здесь не торгуемся и не заключаем сделки, Никси. Только не мы с тобой. И спорить нам с тобой не пристало.

– Что ж, я припомню тебе это в следующий раз, когда тебе потребуются деньги на покупку карты.

– Это очень хорошая карта, Никси, – сказал Слэйт и, протянув руку, нанизал на вилку клецку.

Глава 6

Я ВЫШЛА ИЗ КАЮТЫ, ОСТАВИВ СЛЭЙТА ДОЕДАТЬ ОБЕД. Вечеринка давно закончилась. На палубе не было ни души. Опершись о борт, я стала смотреть на машины, проезжающие по скоростной магистрали, которая соединяла Бруклин и Куинс. Ночной воздух был довольно прохладным. Из-за повысившейся влажности вокруг ярко горящих уличных фонарей и фар автомобилей возникли туманные круги из мельчайшей водяной взвеси.

Прижав большой палец к переносице, я стала думать о том, что напрасно затеяла спор с капитаном. В этом не было никакого смысла. Он уверен в успехе – во всяком случае, так он сказал. А значит, уговорить его изменить свои намерения невозможно.

Впрочем, я все же извлекла кое-какую пользу из нашего разговора. Ничего существенного, правда, но все-таки. По поводу Навигации капитан всегда держал язык за зубами, и теперь я понимала почему.