Город псов

После этого оставалось лишь мимоходом донести информацию до грозного шефа, который, хоть сам уже давно оставил попытки соблазнить Светочку, но ревностно не позволял этого делать никому из подчиненных. Так или иначе, Лунину доставались дела, при одном взгляде на которые любой сопливый лейтенант вынес бы однозначный вердикт – висяк.

Вот взять, к примеру, дело Веретенниковых. Ну как по нему можно работать? Свидетелей нет, улик нет. Непонятно как выживший и еле ворочающий языком глава семейства ничего толком вспомнить не может.

Шок у него, видите ли! У кого шок, а у кого очередной висяк. Лунин уже почти четыре года как был майором, и проблем с точным диагнозом у него не было.

Выезжая на очередное место преступления, Илья уже заранее знал, что оно не имеет ни малейших перспектив раскрытия. Почему? Да потому, что тогда дело досталось бы любительнице караоке, а по совместительству любимице шефа майору Кравцовой или вечно сутулящемуся под грузом славы и медалей подполковнику Добрынину.

Однако в середине августа оба этих гения сыска дружно ушли в отпуск, и Лунин получил шанс заняться наконец делом, которое могло вывести его из уже вполне прочного статуса неудачника и первого кандидата на перевод в одно из районных управлений.

Второй вздох, еще тяжелее первого, с силой ударился об оконное стекло. Чем дольше Лунин изучал перешедшие к нему материалы, тем больше склонялся к унылому выводу – он не сможет раскрыть эти убийства. Конечно, три дня – совсем смешной срок, в сравнении с прошедшим годом, но он, так же, как все вокруг, прекрасно понимал: если следователь не смог найти ничего стоящего за первые дни работы, то с вероятностью девяносто, а может, и более процентов он этого не сможет сделать никогда.

Третий отчаянный вздох уже был готов исторгнуться из груди несчастного Лунина, когда пронзительная трель стационарного телефона вывела его из состояния глубокой депрессии.

– Убийство? Похоже на нашу серию? Хорошо, очень хорошо.

В смысле, скоро буду.

Лунин действительно сказал правду. С точки зрения жертвы, ее родственников или даже простых обывателей, убийство – это всегда плохо. С точки зрения следователя, безуспешно пытающегося раскрыть серию преступлений, новое убийство – это не просто хорошо, это замечательно. Это шанс получить наконец хоть какую-то зацепку, которая при удачном стечении обстоятельств поможет ему разгадать тайну шести, нет, теперь уже семи смертей.