Живая ртуть

Тогда до встречи?

– До встречи!

Я скрылся за книгой, когда Она, бросив на меня хмурый взгляд, побежала дальше по коридору, а Рома наклонился к нам и прошептал:

– Как её зовут? Я забыл.

– Лиля, – ответил Вовка.

– Лиля, – повторил Рома, – как цветок. А у вас с ней что, любовь? – он расплылся в хитрой улыбке.

Я захлопнул книгу.

– Нет!

– А почему Вова…

– Вова пошутил. Он любит пошутить. Я на собрание! Поболтаем после! – я схватил портфель и рванул к кабинету истории, пробираясь через толпу галдящей малышни.

Школьные собрания – отдельная пытка для учащихся, придуманная дьяволом: полчаса рассуждений о вечном и прекрасном, похвала активистов и взывания к совести хулиганов. Хвалили одних и тех же. Ругали, впрочем, тоже.

Опустив глаза, я влетел в кабинет.

Лиля перебирала бумажки, не обращая внимания на приходящих.

– Привет, – я сел рядом с ней.

– Виделись уже.

Я положил на парту толстенный учебник по алгебре и пару тетрадей: часть домашнего задания я делал на собраниях, не потому что не успевал дома, а потому что нужно было чем-то заткнуть эту дыру молчания.

Я не знал, о чём говорить с Лилей. Нет, не так. Я знал, о чём говорить: у меня имелась куча разнообразных историй – от грустных до весёлых, и мешок вопросов, как у любознательного пятилетнего ребёнка, но также я знал, что Лиля не будет со мной говорить. Предел нашего разговора – две-три фразы, а один раз мы поздоровались и молчали все полчаса.

– Этот ваш новенький, Рома, – начала Лиля и я напрягся, – такой красивый.

И так хорошо разбирается в технике.

– Он дурак, – выпалил я, – и учится на тройки. Он не поступит в медицинский, как хочет.

Лиля закатила глаза.

– Главное, что ты поступишь.

– Да, поступлю, – я оторвался от алгебры. – Выучусь, стану хорошим врачом. Буду много зарабатывать, чтобы моя жена и ребёнок ни в чём не нуждались.

Она не отреагировала на мои слова. В прошлый раз я имел неосторожность сравнить её с моей будущей женой, но она посмотрела на меня как на болвана: или не поняла намёка, или я ей противен.

И, судя по её поведению, второй вариант ближе к истине.

Когда она тихо выругалась, я отвлёкся от примеров во второй раз.

Лиля резала бумагой пальцы. Постоянно. Резала и не обрабатывала рану. В лучшем случае она облизывала царапину, что, разумеется, было неэффективно и небезопасно, о чём я неоднократно упоминал.

– Нужно обработать, – сказал я, а голос дрожал.