Магия вне закона. Помощница Смерти

Вдруг стало всё равно, что будет утром, когда дворецкий Виркуна обнаружит пропажу хозяйской зверушки. Ведь это я попросила оставить дракона на ночь, значит, все решат, что потворствовала побегу зверя. Наверное, меня сожгут так же, как и мать Габи.

Странно, но эта догадка лениво шевельнулась в мозгу и не вызвала никакого страха. Я больше не боялась ни будущего, ни прошлого.

– Ты не страшись, человек! Хирин тебя не обидит, – услышала я дракона и посмотрела в лицо ведьмака.

У него был совершенно особый взгляд: порочный, тёмный, манящий.

Мол, обычная ты полукровка, раз позволяешь так просто себя связать! Даже магией не воспользовалась.

Я пыталась, но отчего-то не вышло. Может потому, что я никакая не ведьма, а обычный врач, перенесённый в другой мир по прихоти Владычицы-Смерти?

Верёвка крепко опутывала мои запястья, прижимая их одно к другому до лёгкой боли. А я сидела зачарованной куклой, и даже думалось тяжело.

От мужчины пахло лесом и воском. И старыми книгами. Вот и всё, что крутилось в голове.

– Что это у тебя? – внезапно спросил он. Разорвал ткань платья, обнажив моё левое предплечье, и я снова увидела голубоватое свечение собственного магического знака. – Откуда он у тебя?!

И снова я вздрогнула, как от удара, когда к моей шеи прикоснулось холодное зазубренное лезвие ножа.

2

– Ты заключила сделку, верно? – слова ведьмака звучали в ушах гулко, словно я стояла около огромного колокола, звонившего тревогу.

В груди и на кончиках пальцев возникло знакомое жжение. Верёвка, связывающая мне руки, внезапно зашипела, как атакованная змея, и распалась на тлеющие фрагменты.

О небо, пусть всё это прекратится! В ушах гудел тот самый колокол, глаза стали сухими, словно в них насыпали песка, а Хирин внезапно подхватил меня за подмышки и аккуратно уложил в постель матери Габи.

От покрывала всё ещё пахло сухой целебной травой или это запах, въевшийся в кожу ведьмака? Последнее, что я слышала перед тем, как упасть в обморок, было хлопанье кожистых крыльев над головой.

«Дракон. Надо спасаться в погребе», – обрывочная память Габи сработала автоматически. Девушка не видела их вблизи, но боялась пришествия летающих ящеров больше, чем отца своего любовника.

– Ты как, человек? –  дышал мне в лицо дракон.