Дивная ночь на Ивана Купалу

 – Вы такое вытворяли!

– Мы в слона играли! А ты что подумал?

– Вы трубили, как слоны! Я на другом берегу испугался.

– Ты еще раньше испугался, когда тебя защекотать до икоты хотели! На берегу ты бы от нас не ушел! – в голосе Ируси зазвучали кровожадные нотки.

– Мне опять страшно!

– А Герка так через костер прыгнул, что прямо на шашлык угодил! – вспомнила Евгения про «своего».

– Гера? На шашлык?! – подколола Мария сестричку.

– Ой! Я не то хотела сказать, ха-ха-ха! Ногой наступил на готовое мясо!

– Получилась отбивная, – констатировала Наталья.

– Кто шашлык возле костра оставил? – защищался Гера.

– Оставили, чтобы тепленький был, – объяснила Ируся.

– Так я и сам к тому времени уже тепленький был.

– Хорошо, что мясо до того почти все съели, – напомнила Наталья.

– В том-то и дело! – заступился за друга Владимир – Поэтому Герка и не смог через костер перелететь. Так обожраться!

Мария и Павел слушали, как «бойцы вспоминают минувшие дни», и радовались. Хоть их самих тогда не было, но все говорит за то, что сегодня и им удастся хорошо поколбасить!

– От комаров взяли что-нибудь? – спросил кто-то.

– Я целый флакон «Гвоздики» нашла, она вонючая. На всех хватит, – откликнулась Мария.

– К утру, когда мы все выпьем, от нас от самих будем такое амбре, что никакой «Гвоздики» не понадобится! Ее, кстати, мы тоже выпьем! – пообещал Володя.

– Приятного аппетита! – пожелала Мария. – Нам с тобой я еще куртки прихватила, – сказала она Паше, помахав легкой сумкой, которую несла.

– Я, сударыня, освобождаю вас от обещания индицировать двигатель!

Он с трудом обживался на седьмом небе. Мария – звезда института, недосягаемая капитанская дочка, умудрившаяся даже на катере обзавестись поклонником из числа золотой молодежи, не считая самого Паши, вдруг стала с ним накоротке, пригласила с собой, позаботилась, чтобы комары не съели.

Главное, такое ощущение, что сказка только начинается!

С того места, куда их привела Евгения, открывался вид на довольно широкое озеро, поросшее с одной стороны ивняком, с другой стороны в его водах отражалась березовая роща. Оно изгибалось в виде гигантской подковы, и где заканчивалось, было точно не разглядеть. Понятно, что далеко. «Подкова – это на счастье, – подумал Паша.