Нежить и некромант

Впрочем, всегда можно на неё прикрикнуть и выставить за дверь, тогда уже она никуда не денется.

Страшно ей станет людям честным на глаза лишний раз показываться.

– Я всё ещё хороша… – протянула она, поворачиваясь к зеркалу то одной половиной лица, то второй. Словно серьги невидимые разглядывала. Вон даже языком цокает!

– Не совсем, – быстро ответил он и плеснул в лицо нежити святой водой из бутылки, которую всегда носил с собой.

Глава 3

Миджина

Миджина ничего не почувствовала и посмотрела на домина де Тореса с недоумением.

Внутри всё сжалось, как от удара, сердце сначала подскочило к горлу, а потом ухнуло вниз да там и замерло. Миджина не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть, ни отвести взгляда от того, что отражалось в маленьком ручном зеркальце.

Это не могло быть человеком или было им так давно, что уже позабыло каково это! На неё смотрело лицо монстра из сказок няньки о живых мертвецах! Кожа серо-голубая, глаза с прожилками крови, и волосы поблёкшие, словно на них небрежно набросили голубую вуаль.

Нянька очень любила рассказывать, расчёсывая рыжие волосы маленькой Миджины, о том, что наступит день и нежить придёт за ней. Обязательно придёт, если она будет вести себя плохо.

Потому что так не могло быть на свете, чтобы Создатель не покарал непослушных плаксивых девочек, но забрал маленького одуванчика с голубыми, как небо, глазами.

И Миджина верила. Дрожала под одеялом, боясь рассказать родителям, потому что нянька строго-настрого запретила об этом говорить.

Накликала всё-таки.

– Кто это? – спросила Миджина, ощущая лишь ватные ноги и онемевшие руки, вцепившиеся в зеркало.

Существо по ту сторону смотрело растерянно, и его синие полные губы задрожали, словно оно собралось заплакать.

– Ты.

– Нет. Не правда, – Миджина решительно мотала головой из стороны в сторону, и существо, будто издеваясь над её попытками всё отрицать, повторяло движения.

Догадка пришла на помощь растерянному разуму. В ушах зашумело, челюсть свело, и совсем рядом что-то треснуло, будто лёд по весне тронулся на реке.

Миджина перевела взгляд с сосредоточенного Салбатора де Тореса, по-птичьему склонившего голову набок и смотревшего на неё со зловредным прищуром, на зеркало и увидела, что оно раскрошилось в её руках.