Осквернитель

«Как интересно! И как синхронно и слаженно происходит всё в этом ресторане! Как будто заработали шестерёнки большого сценического механизма и свели в единой мизансцене участников драмы… Чёрт, ну я же действительно на сцене! Признаться, уж и подзабыл слегка, расслабился, играя самого себя».

– Что ж, давайте попробуем разобраться, – предложила блондинка. – Познакомимся для начала?

– Идёт, – согласился Лео.

Секунды две он боролся с желанием выдумать себе имя.

Но выдумывать не стал.

– Меня зовут Лео.

– А меня – Эмма, – и блондинка протянула ему ладонь.

Прикоснувшись к её коже, он почувствовал мягкое тепло, тихим ручьём перелившееся из её плоти в его плоть.

Это было приятно, но всё же настолько неожиданно, что Лео едва не отдёрнул в смущении ладонь, лишь усилием воли заставив себя соблюсти полагающуюся при рукопожатии скромную паузу.

– Очень приятно…

Официант поставил на стол два бокала с водой и отдельно – бутылку минеральной, для удобства обёрнутой синей льняной салфеткой.

И удалился.

– Что ж, за дружбу, – предложил Лео. – Пока водой…

Эмма шутливо-торжественным жестом подняла бокал.

– Принесите, пожалуйста, карту вин, – попросил Лео вновь возникшего возле них официанта.

«Вот интересно, как они умеют так вовремя появляться и исчезать?»

Воду они отпили синхронно.

Лео предложил блондинке сделать заказ по винной карте.

Эмма выбрала Божоле-нуво.

– Лёгкое и молодое, как раз для дневного времени, – пояснила она.

А Лео вдруг почувствовал холод внизу живота.

«Минуточку…» пробормотал он.

Вот так неловкость. Серебряная вода…

Спазмы и лёгкая тошнота.

А вот Эмма – спокойна.

«Но со мной и раньше такое было… у меня такой капризный желудок».

Лео положил салфетку на стол, извинился и отправился в туалет, стараясь двигаться максимально плавно и спокойно.

В туалете оранжевая полупрозрачная плитка стен переливалась задорными огоньками.

И в конце этого красного ряда разворачивалось действо, странное даже для этого необычного отеля.

Две девушки, смуглая и с кожей молочно-белого цвета, стояли на коленях возле гостя, бежевые брюки которого были спущены едва ли не щиколоток.

Брючный ремень, в яростном порыве выдернутый из петель, кожаной змеёй вился по жёлтому полу.