Прости и не прощайся

Форд – единственный человек, который ее, всегда внешне выдержанную, мог вывести из себя.

Мелани воспитывалась в приемных семьях и рано научилась держать свои чувства в узде, но с Фордом у нее это не получалось.

– Уйди, пожалуйста, – натянуто произнесла она, пытаясь закрыть дверь, но ей мешало его плечо.

– Ты получила мое письмо?

По сравнению с ней он выглядел очень спокойным. Это просто оскорбительно! Так же как и его возмутительная инсинуация о мужчине у нее в постели.

Мелани кивнула, оставив попытки закрыть дверь.

– И?.. – мягко продолжал он свой допрос.

– И что?

Он пристально смотрел на нее своими серо-голубыми глазами, которые умели заглянуть ей прямо в душу.

– Не притворяйся, что тебе все равно.

На секунду ей показалось, что он имеет в виду себя, но тут же поняла, что он говорит о своей матери. Гнев у Мелани угас.

– Как Изабелл? – тихо спросила она.

Он пожал плечами:

– Как всегда. Упрямая как осел.

Мелани едва удержалась от улыбки. Мать Форда была более мягкой копией своего решительного, непреклонного сына, но такая же упрямая.

– Ты сказал, что Изабелл плохо себя чувствует?

– Она упала и сломала бедро в своем чертовом саду, а потом во время операции у нее возникли проблемы с сердцем.

Мелани не на шутку забеспокоилась. Когда он сообщил в письме, что Изабелл нездорова, то она подумала, что у его матери грипп или что-то вроде этого.

– Я… мне очень жаль, – прошептала она.

– А мне еще больше, – мрачно заметил Форд. – Она не желает делать то, что ей говорят, и, кажется, любой ценой хочет снова попасть в больницу. Отказывается переехать жить ко мне или в какой-нибудь санаторий. Она заявила, что, как только ее выпишут, она вернется домой, невзирая на мнение врачей. Единственная уступка с ее стороны – это позволить мне нанять постоянную сиделку, пока она снова не встанет на ноги.

«И ты такой же», – подумала Мелани.

Форд вел бы себя точно так же в подобных обстоятельствах. Он был невыносимым и… самым сексуальным мужчиной на Земле.

Последнее соображение заставило ее потуже затянуть узел на поясе.

«Не смей показывать, как его появление на тебя действует, – молча приказала себе она. – Ты же знаешь – все кончено.