Звонок с того света

– Саша, …можно я буду Вас так звать?

– Конечно, и давай на «ты».

– Ладно. Саша, мне даже весело стало от твоей новости. У нас с тобой, оказывается, много общего. Знаешь что? А поехали ко мне. Познакомлю тебя с мамой. Я на днях переехала к ней. На бардак не обращай внимания. Пришлось нашу с мужем квартиру продать и отдать долги Артура его напарникам. Но они требуют ещё 70 тысяч рублей. А у меня уже нет денег. Даже сплю на полу, правда, на трёх большущих матрасах, в общем мягко. Поехали, а?

– Оленька, с превеликим удовольствием, – согласился я, и она крепко ухватилась за мою руку, как за спасательный круг.

Мы вышли с кладбища. Я купил у той же самой бабки три алые розы и вручил Оле.

– Со знакомством.

– Спасибо, – она уже улыбалась мне, как старому знакомому.

Мы садимся в одинокое такси. Оля называет адрес: Сусанина шесть. Это близко, едем не долго. Останавливаемся около подъезда. Я рассчитываюсь, и мы поднимаемся на второй этаж. Квартира номер шесть. Оля звонит, но никто не открывает.

Она своим ключом отпирает входную дверь. В прихожей на трюмо – записка. Оля читает; дочитав, говорит:

– Мамы дома нет и ещё долго не будет: уехала на дачу с ночевкой. Ну и ничего страшного, потом познакомитесь, а сейчас и сами управимся. Ты, наверное, хочешь кушать? – Мы прошли на кухню. – Есть борщ, пирожки.

– Нет, я не голоден, а от кофе с пирожком не откажусь.

Оля включает чайник, набирает воду в вазу и ставит цветы.

– Мне муж никогда не дарил цветов, даже на свадьбу, – говорит она и нюхает розы.

 – Садись к столу, будем кофе пить.

Оля ставит на стол две чашки, ложки, сахарницу, банку кофе и пирожки в миске.

Закипел чайник. Наливая кипяток в чашки, она, будто случайно, плотно прижалась ко мне бедром.

– Хочешь, молочка подолью?

– Да, Оля, если не в тягость. Кофе очень горячий.

– Ты правильно сказал «горячий», а не «горячее».

Она поднялась, потянулась и расстегнула заколку на «шишке». Густые волосы водопадом скатились ниже пояса. Она закинула их за плечи и достала из холодильника молоко в пачке.

Наливая его в мою чашку, Оля снова, как бы невзначай, упруго уткнулась грудью мне в плечо. И тогда, чтобы выразить ей, что её знаки внимания мной приняты, я обхватил её за зад и крепко прижал к себе.

– Да простит меня бог, – сказала она на глубоком выдохе, обняла меня за шею и припала поцелуем к моим губам.

Свободной рукой я поймал падающий молочный пакет и поставил на стол. Оля уже сидела у меня на коленях.