Назови меня своей

После того как Райф покинул лагерь, находящийся на окраине земель племени, чтобы остаться одному наедине с пустыней, насладиться вызовом и побыть просто человеком, а не вождем и принцем или нефтяным магнатом, разразилась песчаная буря.

Райф снова осторожно пошевелил рукой. Легкая боль, которая разбудила его ночью, почти прошла. Но теперь его беспокоило совершенно другое… сумасшедшее желание. И как же этот внезапный сексуальный импульс был не вовремя… но справиться с собой и со своими истинными эмоциями сейчас Райфу было не под силу.

Принц моргнул, отчаянно пытаясь привыкнуть к свету, и повернулся, чтобы увидеть свое ночное видение. Перед ним была совершенно необыкновенная женщина: то ли ангел, то ли демон. Райф не знал, кто она и откуда взялась.

Женщина лежала на самом краю матраса со сбившимся в ногах одеялом и крепко спала. Волнистые волосы, стянутые в конский хвост, подчеркивали ее необыкновенную красоту – высокие скулы, прямой нос, пухлые губы.

Сколько ей лет? Чуть за двадцать? Значит, он не ошибся: перед ним скорее женщина, чем девочка.

Достаточно смелая, чтобы направить на него пистолет.

И откуда она родом? На запыленной футболке, соблазнительно обтягивающей грудь, красовалась эмблема того же британского университета, в котором училась Кэтрин, королева Нарабии. С ее цветом кожи она вполне могла быть уроженкой этих мест, и в то же время одета как студентка из Лос-Анджелеса или Лондона.

Румянец на ее щеках усилился, дыхание стало неровным.

Что-то пробормотав, она пошевелилась, ее маленькая рука коснулась его груди. Он стиснул зубы, когда ее пальцы скользнули по его соску и вниз, еще больше усилив утреннюю эрекцию. Прикосновение оборвалось, когда она перевернулась, предоставив ему для обозрения свою заднюю часть.

Он облизнул губы, пытаясь подавить желание и проигнорировать укол чего-то еще от потери ее прикосновения.

Разочарования? Сожаления? Тоски?

Это было на него не похоже. Он никогда не нуждался в нежности – вот еще, с его характером поддаваться каким-то трепетным чувствам. Всю жизнь он был один, в него не раз стреляли, и ему пришлось пережить не только песчаную бурю, но и кое-что похуже. К тому же Райф давно сделал своим правилом никогда не полагаться на доброту других людей. Да он в принципе не очень-то доверял другим.