Что таится за завесой

Он поднял руку, чтобы положить ладонь мне на щеку, распухшую от удара его мягкими пальцами, знакомыми только с жизнью в роскоши. Мне же хотелось только одного – схватить и оттолкнуть эту руку. Но я ничего не сделала. На дорожке рядом с садами уже начали появляться люди.

Они молча прошли мимо нас, шагая по комьям вывороченной земли, из которой мы выдернули все растения во время сбора урожая. Небольшими группами жители деревни с торжественными лицами направлялись к месту действия, где каждый год совершалось жертвоприношение.

Они немного погрустят, наблюдая, как на их глазах разыграют ужасную сцену, но потом отправятся на праздник и даже не вспомнят обо мне, как будто меня никогда не существовало.

– Не повезет, – тихо пробормотала я.

Голос у меня сорвался – перед глазами возникла страшная картина того, что должно было произойти. Я не могла смотреть в ту сторону, где уже собирался народ, потому что в памяти у меня сразу всплыло, как против воли тащат к месту жертвоприношения моего отца, в ушах зазвенели отголоски собственных криков, а в горле пересохло.

– Эстрелла, – прошипел лорд Байрон, а на лице у него отразилась смесь недоумения с негодованием.

Я сделала шаг назад, но он все еще не мог поверить в происходящее.

– Ваши дети никогда не будут любить вас так, как я любила своего отца. А знаете почему, милорд? – спросила я, позволив ненависти, которую так долго испытывала к нему, проявиться сейчас.

Не так часто мне выпадала возможность быть честной.

– Почему? – спросил он, тяжело сглотнув.

Он бросил взгляд через плечо на фигуру, притаившуюся за моей спиной. Мне не нужно было смотреть на нее, я и так знала, кто меня ждет. Вместо этого я уставилась на лорда Мистфела, желая испепелить его силой своего взгляда.

– Потому что вы никогда не будете достойны такой любви.

– Если это твой выбор, то я и пальцем не пошевельну, чтобы спасти тебя. Это ты понимаешь? – спросил он.

– Да, – просто ответила я, поднимая подбородок выше и глядя на него в ответ.

Я и не ждала, что он вмешается, да и не хотела. Если мне придется делить с ним постель и страдать, пока он получает садистское удовольствие… нет, такая жизнь мне не нужна.