Всего один взгляд. Невиновный

И вот пятнадцать лет спустя он объявляется в Нью-Джерси в качестве ударника в христианской рок-группе.

Когда лимузин свернул на ее улицу, Веспа сказал:

– Как видишь, дела лучше не становятся.

Грейс отозвалась, глядя в окно:

– Джимми Экс не стрелял.

– Знаю.

– Так чего вы от него хотите?

– Он ни разу не извинился.

– И все?

Веспа подумал.

– Выжил еще один мальчик, Дэвид Рид. Ты его помнишь?

– Да.

– Он стоял рядом с Райаном, чуть ли не в обнимку. Когда толпа хлынула на сцену, Рида кто-то подцепил плечом и вынес из давки.

– Я помню.

– А ты помнишь, что сказали его родители?

Грейс помнила, но промолчала.

– Что это Иисус поднял их сына и это Божья воля. – В словах Веспы Грейс почудился затаенный гнев. Она словно оказалась в опасной близости от раскаленной изнутри доменной печи. – Мистер и миссис Рид молились, и Бог, изволишь видеть, среагировал. Они назвали это чудом. Господь воззрил на их дитя, твердили они. Можно подумать, у Бога не было желания или намерения спасти моего мальчика…

Веспа замолчал.

Грейс хотела сказать, что в тот день погибли многие, за кого всю жизнь молились родители, что пути Господни неисповедимы и речь не о пристрастном выборе, но Веспа все это знал и не нуждался в утешении.

Когда они подъехали к дому, была уже ночь. В кухонном окне Грейс различила силуэты Коры и детей. Веспа сказал:

– Я помогу тебе найти Джека.

– А вы это можете?

– Ты бы сильно удивилась, узнав, что могу, – отозвался Веспа.

 – Мой телефон у тебя есть. Если что-то понадобится, звони в любое время. Я помогу.

Грейс выбралась из лимузина. Веспа проводил ее до двери.

– Я сообщу, когда что-то выясню.

– Спасибо.

– А пока прикажу Краму наблюдать за твоим домом.

Грейс взглянула на водителя. Тот осклабился.

– В этом нет необходимости.

– Ну, побалуй старика, – уговаривал ее Веспа.

– Нет-нет, не нужно. Я не хочу. Пожалуйста.

Веспа помолчал.

– Если вдруг передумаешь…

– Сразу позвоню.

Он повернулся и пошел к машине. Грейс смотрела ему вслед и в который раз гадала, стоило ли заключать сделку с дьяволом. Крам открыл дверцу, и лимузин, казалось, поглотил Веспу. Шофер кивнул на прощание. Грейс стояла неподвижно. Она считала себя неплохим психологом, но Карл Веспа заставил ее в том усомниться. Грейс никогда не видела и даже не чувствовала в нем ни тени зла, однако прекрасно знала: Веспа – фигура темная.

Зло – настоящее зло – именно такое.