Дочь для волка

Она была помолвлена, и рассуждать тут было не о чем. Тем не менее это не мешало Нив желать его и испытывать простую радость, зная, что чувство это взаимно.

Раффи положил подбородок на руки. Перевел взгляд с ее рук на лицо. В темных глазах вспыхнуло любопытство.

– А ты? Если бы ты могла отправиться куда угодно, что это было бы за место?

– Я бы отправилась искать сестру, – мгновенно ответила Нив.

Теплота во взгляде Раффи сменилась невыразимой болью. Глубокая складка залегла между его бровями. Он тяжело вздохнул и произнес:

– Ты сделала для нее все, что могла, Нив.

Да. Все, что могла. Но этого было мало.

– Это не твоя вина.

Но тогда чья же? Судьба бросила кости, и Нив родилась первой. Все это было несправедливо и неправильно. Она изо всех сил пыталась изменить это – но должна была стараться еще лучше. Она должна была что-то предпринять. Не только умолять Рэд бежать – ведь давно было понятно, что на это сестра не пойдет.

Раффи протянул руку, на мгновение задержав ладонь над ее, а затем его пальцы легли на запястье Нив.

Они были теплыми – и этого тепла могло хватить, чтобы вернуть ее из тех холодных глубин, где она укрылась и в которых могла оставаться немой и отстраненной. Из глубин, где Нив теперь проводила почти все время. Немота и чувство опустошения были лучше, чем грубая боль.

– Ты должна перестать винить себя, Нив. Она сделала выбор. Самое меньшее, что можем сделать мы, – это уважать его. – Раффи запнулся, сглотнул. – И почтить ее память.

Память. Слово вонзилось как нож.

– Но Рэд не умерла, Раффи.

Нив думала о том, что ей сказала рыжеволосая жрица в Святилище. О том, что произошло с Рэд, когда та вошла в Диколесье. Прикованная к лесу, пронизанная его корнями. Этот образ беспрестанно крутился в голове Нив, о чем бы она ни думала и чем бы ни занималась. Ее сестра, оплетенная лозами. Кормящая своей кровью хищный лес.

Но живая.

Разве в глубине души она не знала это изначально? Если бы Рэд погибла, Нив сразу почувствовала бы это. Возникло бы чувство некой пустоты, отсутствия чего-то… как если бы Нив лишилась руки.

Но Нив все еще ощущала себя до ужаса цельной.

Раффи не стал с ней спорить, хотя по глазам его было видно, что он ни на мгновение не верит в то, что Рэд еще жива. При одной мысли о том, чтобы объяснить ему, что она имеет в виду, облечь мысль в слова, Нив почувствовала страшную усталость.

Вместо этого девушка испустила глубокий вздох, тщательно следя за тем, чтобы он не перешел в компульсивную дрожь.